
С помощью Claude я проанализировал 260 000 записей и выявил сети связей Эпштейна в мире криптовалют.
Автор: Дэвид, TechFlow

Недавно документы по делу Эпштейна активно рассекречиваются, в социальных сетях повсюду публикуются списки имен.
Люди из криптосообщества тоже спрашивают: есть ли среди них представители нашей индустрии?
Меня это тоже заинтересовало, и я решил изучить вопрос. Проблема в том, что опубликованных документов слишком много — тысячи PDF-файлов, вручную их читать нереально, а у меня нет навыков программирования.
После долгих странствий в интернете я наткнулся на проект на GitHub.
Этот проект называется Epstein Doc Explorer. Его автор с помощью ИИ структурировал опубликованные Комитетом по надзору Палаты представителей правовые документы по делу Эпштейна, извлек связи между людьми, событиями, временами и местами, сохранив всё в базе данных.
У проекта есть веб-интерфейс для визуального поиска, но из-за огромного объема данных и моего слабого компьютера сайт работает очень медленно, практически невозможно получить нужную информацию.
Мне нужна была пакетная обработка, чтобы одновременно выгрузить все записи, связанные с криптоиндустрией.
Метод сбора данных
Я отправил этот проект на GitHub в Claude и спросил, как обращаться к этой базе данных.
После анализа структуры проекта Claude сообщил, что основные данные находятся в файле базы данных SQLite под названием document_analysis.db. Там есть таблица rdf_triples, где каждая запись имеет структуру «кто—что сделал—с кем—когда—где». Например:

Однако вся база данных содержит более 260 тысяч таких записей, охватывающих все публично известные сети связей из архивов Эпштейна, а мне нужны были только записи, касающиеся криптовалют.
Тогда я решил отфильтровать нужные записи по ключевым словам. Но на практике столкнулся с двумя проблемами.
Первая проблема: файл был «поддельным».
Я скачал архив проекта с GitHub, распаковал его и попытался открыть базу данных, но компьютер её не читал. Проанализировав ситуацию, Claude выяснил, что был загружен лишь индексный файл, а не сама база данных. Пришлось вернуться на страницу GitHub и вручную скачать полный файл размером 266 МБ.
Вторая проблема: выбор поисковых запросов.
В первом варианте запроса я использовал 25 ключевых слов, включая прямые термины Bitcoin, Crypto, Blockchain, а также имена и названия организаций, частично связанных с темой, вроде Питера Тиля, Билла Гейтса и Goldman Sachs. Логика была такой: лучше ошибиться в обратную сторону, чем пропустить важное.
В результате вернулось 1628 записей, большинство из которых — шум. Например, по запросу Goldman Sachs 90% результатов оказались экономическими прогнозами, а по Virgin Islands — данными о туризме на местных островах.
Поэтому я попросил Claude провести три раунда поиска для постепенного сужения результата:
- Первый раунд: широкие ключевые слова, 1628 записей, много шума, но построена общая картина, отобран круг людей
- Второй раунд: проанализировав результаты первого раунда, Claude заметил, что я пропустил некоторые узкоспециализированные термины из криптосферы, такие как Libra, Stablecoin, Digital Asset. Добавив их и запустив поиск заново, мы убедились, что ничего не упущено.
- Третий раунд: обратный поиск. Не искать по именам, а только находить записи, где поле «что сделано» содержит Bitcoin, Crypto, Blockchain.
Третий раунд оказался самым важным: фильтрация напрямую по действиям позволила получить записи с высокой степенью связи.
Сопоставив результаты трех раундов и отбросив слабые связи, я составил приведенный ниже список.
1. Брок Пайрс: в ресторане Эпштейна продемонстрировал ему биткоин

Должность/Роль: Сооснователь Tether, председатель Bitcoin Foundation, сооснователь Blockchain Capital
Способ контакта с Эпштейном: Многочисленные личные встречи, местом которых был особняк Эпштейна в Верхнем Восточном округе Манхэттена.
Криптографические темы: Демонстрация биткоина, обсуждения блокчейна, волатильность криптовалют.
Хронология: Самая ранняя запись датирована 2008 годом, множество записей без точных дат, но с одним местом. В марте 2015 года есть запись в электронной почте, указывающая на организацию последующей встречи.
Этого персонажа я выделил первым, так как его записи в базе данных отличаются наибольшей детализацией.
Согласно записям, он провел демонстрацию биткоина в ресторане особняка Эпштейна в присутствии бывшего министра финансов США Ларри Саммерса. Прослушав презентацию, Саммерс выразил обеспокоенность инвестиционными рисками, но также «предложил Пайрсу возможность» сотрудничества.
Эпштейн не просто слушал со стороны, он сам пригласил Пайрса в переднюю комнату для отдельной беседы, а затем вернулся в ресторан продолжать разговор. Кроме того, Пайрс и Эпштейн в одиночку обсуждали волатильность криптовалют.
Это не была случайная светская беседа за ужином.
Электронное письмо от 31 марта 2015 года показывает, что человек по имени Алекс Яблон специально написал Эпштейну с вопросом, сможет ли он организовать встречу Пайрса и Саммерса для обсуждения биткоина.
Наличие посредника свидетельствует о том, что подобные встречи тщательно планировались.
Особняк Эпштейна на Манхэтрене в тот период выполнял функцию неофициальной площадки для презентации проектов. Пайрс приходил с проектом, а гостями стола был бывший министр финансов.
Для криптопредпринимателя такая линия доступа к ресурсам практически недоступна через обычные коммерческие каналы. Наоборот, организуя подобные встречи, Эпштейн позиционировал себя как связующее звено между криптоиндустрией и законодателями.
Наша база данных обрабатывает только материалы Комитета по надзору Палаты представителей, поэтому цепочка улик относительно Пайрса здесь обрывается. Однако в момент написания этой статьи Министерство юстиции США выпустило еще одну партию документов по делу Эпштейна объемом более 3 миллионов страниц. Издание Decrypt на основе этих новых материалов подготовило публикацию, раскрывающую, что связи между ними были гораздо глубже, чем показано в текущей базе данных.
Несколько ключевых уточнений:
Переписка между ними велась с 2011 года и продолжалась до весны 2019 года, что далеко выходит за рамки нескольких встреч в ресторане.
Пайрс однажды с энтузиазмом отправил Эпштейну сообщение: «Bitcoin преодолел отметку в $500!», предложил присоединиться к плану приобретения еще не обанкротившейся биржи Mt.Gox и сам вызвался организовать знакомство с миллиардерами Уинклвоссами, известными своими позициями в биткоине.
Эпштейн ответил, что лично не знаком с братьями Уинклвоссами, но хотел бы направить своих представителей, чтобы отслеживать их активность в криптопространстве.
Прошлое их отношений стало более ясным.
В начале 2011 года Пайрс принял участие в камерной приглашенной конференции «Mindshift» на Виргинских островах. Мероприятие было посвящено восстановлению имиджа Эпштейна после осуждения по обвинению в сексуальных преступлениях в 2008 году.
После конференции личный администратор Эпштейна Лесли Грофф отметила Пайрса как одного из «людей, которые понравились Эпштейну», и передала его контактные данные.
2. Blockchain Capital: появилась документация фонда крипто-VC, возможно, Эпштейн стал инвестором

Статус: Фонд венчурного капитала в сфере криптоактивов, основанный в 2013 году, штаб-квартира в Сан-Франциско. Соучредители: Барта Стеффенс, Бренд Стеффенс и упомянутый выше Брок Пайрс. Один из первых профессиональных крипто-фондов в индустрии.
Связь с Эпштейном: Полная инвестиционная меморандум (проспект) фонда CCP II LP обнаружена в архивных документах Эпштейна.
Криптографические темы: Полный портфель инвестиций фонда, экосистема поставщиков услуг, инвестиционная стратегия.
Хронология: Дата документа октябрь 2015 года, инвестиционные записи охватывают период с 2013 по 2015 год.
В открытом архиве дел Эпштейна насчитывается 82 записи о Blockchain Capital.
Это не похоже на разрозненные упоминания имен; скорее всего, полноценный инвестиционный меморандум был распарсен и структурирован.
Анализ данных показывает, что список инвестиционных целей Blockchain Capital чрезвычайно детализирован: Series C Coinbase, Series A Kraken, Series A Ripple, Series A Blockstream, а также десятки других проектов, включая BitGo, LedgerX, itBit, ABRA.
В документе зафиксирована даже инфраструктура поставщиков услуг фонда: юридическая консультация от Sidley Austin, банковские партнеры из Silicon Valley Bank, custody-сервисы для криптоактивов Xapo и BitGo.
Наличие инвестиционного меморандума в чьем-то личном архиве в финансовой среде имеет единственное стандартное толкование:
Этот человек привлекался в качестве потенциального ограниченного партнера (LP).
Учитывая, что Пайрс является соучредителем Blockchain Capital и ранее демонстрировал биткоин в ресторане Эпштейна, эти две ветки событий, вероятно, тесно связаны?
Моя гипотеза такова: сначала Пайрс провел презентацию биткоина, вызвав интерес, а затем вручил инвестиционный меморандум собственного фонда. Это стандартный процесс дорожной презентации (roadshow)...
(Приведенные рассуждения являются логичными предположениями, но не подтверждены фактами)
В процессе подготовки этой статьи я не смог найти доказательств непосредственного финансового участия Эпштейна.
Однако журналисты Decrypt, опираясь на новые материалы Министерства юстиции, ответили на этот вопрос: Эпштейн действительно инвестировал в Coinbase, и эту возможность изначально предоставил Пайрс.
Представители Blockchain Capital сообщили Decrypt, что инвестиции Эпштейна осуществлялись независимо от компании Пайрса. Те же документы подтверждают, что Эпштейн инвестировал в Blockstream — компанию по созданию инфраструктуры биткоина, основанную Адамом Беком.
3. Джереми Рубин: разработчик ядра биткоина обратился к Эпштейну за финансированием

Статус: Разработчик Bitcoin Core, автор предложения BIP-119 (OP_CTV), связан с Digital Currency Initiative (DCI) при MIT. В техническом сообществе биткоина он относится к числу авторов низкоуровневого кода.
Способ контакта с Эпштейном: Прямая переписка, тема которой явно касалась биткоина.
Криптографические темы: Перспективы регулирования биткоина, политические спекуляции вокруг него, преподавание курсов по биткоину в Японии, запрос исследовательского финансирования.
Хронология: Февраль 2017 года, записи сосредоточены в течение четырех дней.
1 февраля 2017 года Рубин обсудил с Эпштейном «перспективы регулирования биткоина» (Bitcoin regulatory outlook) и «регулирование и политические спекуляции вокруг биткоина» (Bitcoin regulatory and political speculation).
Три спустя дня он снова отчитался перед Эпштейном о прогрессе своего курса по биткоину для инженеров в Японии.
Эта группа записей обладает самой высокой информационной плотностью во всей базе данных.
Темы их обсуждения выходили за рамки «как работает биткоин» и фокусировались на векторе регулирования и политической борьбе. Это указывает на то, что в 2017 году Эпштейн уже давно перешел стадию базового ознакомления с криптографией.
Если задуматься, модель поведения Рубина выглядит довольно подозрительно?
Его инициатива регулярно отчитываться перед Эпштейном о ходе работ больше напоминает непрерывный обмен информацией, а не разовое светское знакомство.
Что именно Рубин получил от Эпштейна, нам неизвестно.
Однако, согласно публикации DL News на основе материалов Минюста, в декабре 2015 года Рубин напрямую направил Эпштейну электронное письмо с просьбой о финансировании его исследований в области криптографии.
Ответ Эпштейна был предельно конкретным и предлагал три варианта финансирования: 1) прямое назначение заработной платы Рубину; 2) регистрация компании Рубином с последующим инвестированием средств со стороны Эпштейна (потребует дополнительных документов); 3) грантовое финансирование исследований Рубина (соответствующее налоговым льготам).
Разработчик ядра биткоина самостоятельно инициировал просьбу о финансировании у Эпштейна, получив в ответ комплексную схему поддержки.
Здесь стоит пояснить, что такое Digital Currency Initiative (DCI) при MIT. DCI — это исследовательский проект, созданный в апреле 2015 года по инициативе директора Лаборатории медиа MIT Джои Ито. Проект специализировался на академических исследованиях биткоина и цифровых валют, впоследствии участвуя в разработке ранних этапов инфраструктуры, включая Lightning Network.
В сообществе разработчиков биткоина DCI не является маргинальным научным центром: ее исследования напрямую влияют на направление разработки протокола, и Рубин входит в число разработчиков, связанных с этим проектом.
4. Джои Ито: запустил программу цифровых валют в MIT на деньги Эпштейна

Статус: Бывший директор Лаборатории медиа MIT (Media Lab). Подал в отставку в 2019 году после раскрытия факта получения финансирования от Эпштейна.
Связь с Эпштейном: Получение финансирования, прямая переписка.
Криптографические темы: Источники финансирования программы цифровых валют в MIT.
Хронология: Запуск программы цифровых валют в апреле 2015 года, переписка продолжается вплоть до 2017 года.
История получения Ито финансирования от Эпштейна освещалась такими изданиями, как The New Yorker, еще в 2019 году, поэтому не является сенсацией. Однако записи в нашей базе данных дополняют картину неясным ранее аспектом:
Точное распределение средств.
База данных прямо указывает: «Joichi Ito used gift funds to finance MIT Media Lab Digital Currency Initiative» (Дойчи Ито использовал подарочные средства для финансирования программы цифровых валют Медиа-Лаборатории MIT), см. описание выше.
Таким образом, средства Эпштейна не поступали в общий операционный фонд Медиа-Лаборатории, а были целевым образом направлены на исследование криптовалют.
Это напрямую связывается с линией разговора о Рубине выше.
Рубин был связан с Digital Currency Initiative в MIT, который, в свою очередь, финансировался деньгами Эпштейна.
Хотя нельзя утверждать напрямую, что Рубин познакомился с Эпштейном через Ито, обе нити ведут к одному выводу: проникновение Эпштейна в криптоиндустрию носило не только социальный характер; финансируя академические исследования, он вышел на ключевых разработчиков технического сообщества криптовалют.
Теперь сопоставим эти факты в единую картину:
Средства Эпштейна пошли в DCI, важный центр исследований биткоина на уровне основных технологий. Разработчик Рубин, имеющий отношение к DCI, напрямую обсуждал с Эпштейном регулирование и политику, регулярно отчитываясь о работе.
Эта цепочка финансирования ставит тревожный вопрос:
Не обеспечило ли финансирование академических исследований Эпштейну доступ к ключевым разработчикам биткоина и не оказало ли он косвенного влияния на направление исследований инфраструктуры биткоина?
Текущие данные не могут это окончательно доказать. Однако цепочка «деньги → организация → разработчик → прямая связь» действительно присутствует в записях базы данных, и читатель вправе самостоятельно оценить силу причинно-следственных связей внутри нее.
5. Сам Эпштейн: от биткоина до Libra, непрерывное отслеживание минимум десять лет
Если выстроить записи самого Эпштейна, касающиеся криптографии, в хронологическом порядке, видна четкая эволюционная траектория:

Если смотреть на таблицу в совокупности, можно сделать два вывода.
Во-первых, интерес Эпштейна к криптовалютам не был внезапным увлечением одного года.
Самые ранние даты приходятся на период около 2008 года, сразу после публикации белой книги биткоина, когда глобальное сообщество энтузиастов криптографии едва достигало нескольких тысяч человек.
Тот факт, что он имел доступ к биткоину на этом этапе, говорит о том, что его информационная сеть охватывала самое первое поколение участников ниши. Последующие десятилетия сопровождались непрерывными записями, касающимися криптовалют, образуя неразрывную линию.
Во-вторых, уровень его погружения постоянно углублялся.
Если в 2008 году речь шла о «прослушивании презентаций», то в 2017 году он обсуждал регулирование и политику с разработчиками. В 2018 году криптография вошла в геополитическую повестку наряду с Джоном Керри и Катарами. К 2019 году он был способен подготовить детальный анализ в течение шести дней после публикации белой книги Libra...
Это уже не траектория любительского наблюдателя со стороны. Видно, что это делает человек, целенаправленно стремящийся установить влияние в криптоиндустрии.
Интересно также время последней записи, посвященной анализу Libra.
Он завершил свой анализ 24 июня 2019 года, а 6 июля был арестован. В последние две недели на свободе он все еще изучал стабилькоин-проект Facebook.
В такой роли, столь глубоко интересуясь криптографией, это вызывает смешанные чувства и легкую улыбку недоумения.
Люди, отсутствующие в базе данных
Добавлю контрвывод.
CZ, Сэм Бэнкман-Фрид, Брайан Армстронг, Виталик Бутерин, братья Уинклвоссы...
Среди самых известных фигур криптоиндустрии в обработанных на данный момент документах отсутствуют какие-либо прямые свидетельства взаимодействия с Эпштейном.
У Виталика Бутерина действительно фигурирует запись «authored What is Ethereum» (автор статьи об ethereum), однако цитируемые в ней общедоступные материалы не содержат данных о межличностных связях.
Отсутствие в базе данных не означает полного отсутствия связей; это лишь констатация факта недостатка доказательств в текущем массиве данных. Палата представителей продолжает рассекречивать документы, а база данных постоянно обновляется.
Что означают эти собранные нити?
Эпштейн не выступал в криптоиндустрии в роли классического инвестора.
Он не был технологическим участником, не писал код, не выпускал токены и не запускал проекты в блокчейне.
Но, безусловно, он не был и пассивным наблюдателем.
Пройдя все эти записи, я прихожу к выводу, что он действовал скорее как посредник информации.
Организация презентаций биткоина для экс-министра финансов в своем ресторане, наличие полных инвестиционных меморандумов Blockchain Capital, дискуссии с разработчиками Bitcoin Core о регулировании, финансирование программы цифровых валют в MIT и анализ проекта Libra от Facebook за две недели до ареста...
Все эти действия объединяет общая характеристика: стремление занять место в узловой точке информационных потоков, выступая связующим звеном между криптопредпринимателями, регуляторами и академическими исследователями.
Это полностью совпадает с его поведенческим паттерном в других сферах деятельности.
Эпштейн не занимался наукой напрямую, но спонсировал ученых; не формировал политику, но сводил политических деятелей с бизнесменами. Криптография стала еще одной отраслью, куда он проник, применяя ту же самую методологию.
Возможно, отличие заключалось лишь в том, что криптоиндустрия в период с 2008 по 2019 год как раз находилась в критической фазе перехода из тени в мейнстрим. На этом этапе отрасли крайне зависели от неформальных сетей контактов для получения регуляторной информации и доступа к капиталу.
И разве это не те ресурсы, которыми Эпштейн владел в совершенстве?
Однако редакция сделала максимум возможного. Между «фактами контактов» и «реальным влиянием» существует логический разрыв, и задача данной статьи заключается исключительно в объективном представлении первых данных.
Повторюсь: все выводы базируются на открытой базе данных и вспомогательном анализе от Claude. Материал не претендует на окончательную истину, его целесообразнее воспринимать как этапный снимок данных.
Если вам удастся обнаружить в базе данных упущенные мною криптографические связи, буду рад вашим комментариям.
-
Источники:
1. Open-source проект Epstein Doc Explorer:
https://github.com/maxandrews/Epstein-doc-explorer
2. Локализация ключевого текстового набора из 260 тысяч записей в базе данных:
https://github.com/maxandrews/Epstein-doc-explorer/blob/main/document_analysis.db
Присоединяйтесь к официальному сообществу TechFlow
Telegram:https://t.me/TechFlowDaily
X (Twitter):https://x.com/TechFlowPost
X (Twitter) EN:https://x.com/BlockFlow_News















