
Вход в нарративный цикл: на каком этапе вашей компании следует рассказывать свою историю?
Автор: Майкл Демпси, управляющий партнер Compound
Перевод: TechFlow
Обзор TechFlow: На стыке технологий и венчурного рынка циклы технологического ажиотажа стремительно сжимаются, сокращаясь с прежних 48 месяцев до лишь 12–36 месяцев. «Точка входа в цикл нарратива», которую стартапы выбирают для своего публичного дебюта, превратилась из инструмента пиара в первостепенное стратегическое решение от вопроса жизни и смерти.
Управляющий партнер Compound Майкл Демпси подробно разбирает четыре эволюционные стадии нарративного цикла: незаметность, волна роста консенсуса, зенит ажиотажа и эйфории, возрождение из пепла. На каждой из этих стадий действуют совершенно разные законы физики защиты и нападения, а слепое следование общим шаблонам обрекает компании на роль жертв информационного шума.
Будь то определение категории на раннем этапе, декомпозиция микро-нарративов в середине пути или борьба за дифференциацию и возможности дистрибуции на пике, ведущие команды рассматривают построение нарратива как фундаментальную инфраструктуру, равнозначную разработке продукта. Лишь точно понимая, на каком именно «срезе» цикла находится компания, можно прочно выстроить когнитивный защитный ров под прессом капитала и конкурентов.

Когда стартап выходит на публику с официальным анонсом, основатель должен четко осознавать, в какой именно фазе нарративного цикла на данный момент находится его сектор. В фонде венчурного капитала Compound мы неизменно считаем, что эта задача требует тщательной шлифовки, осторожного подхода и продуманной стратегии, являясь тем ядром, которое наши команды ежедневно и многократно отрабатывают вместе с портфельными компаниями.
Если взглянуть через призму упрощенной модели, технологический нарративный цикл обычно делится на четыре последовательные стадии:
Во-первых, фаза незаметности (The Obscurity Phase). Находятся на самой ранней стадии, внешний интерес минимален, внимание привлекает лишь узкий круг посвященных, острого межведомственного конкуренции по сути нет. Это означает, что основатели берут на себя миссию просветительского образования рынка, проигрывая нарративы заранее, еще до того, как отрасль обретет четкую определенность.
Во-вторых, волна роста убежденности и консенсуса (The Wave of Rising Conviction & Consensus). Эта середина эволюции характеризуется постепенным ростом ажиотажа. На рынок входят партии конкурентов, которые совместно раскачивают соседние нарративы, а талантливые специалисты и инвестфонды быстро переключаются с любопытных наблюдателей на преданных последователей.
В-третьих, зенит ажиотажа и эйфории (Peak Fervor & Euphoria). Фаза поздней стадии достигает накала страстей. Ажиотаж, отраслевой консенсус и плотность конкуренции выходят на максимум, что резко усложняет дифференциацию продуктов, капитал перенасыщен, а на рынок массово врывается множество спекулятивных аутрайдеров.
В-четвертых, возрождение из пепла (Rise from the Ashes). После краха фазы чрезмерного размаха рыночные ожидания полностью перестраиваются. Бывшие фанаты становятся скептиками, а СМИ, кадры и инвестиционное сообщество часто демонстрируют глубокую негативность к коммерческой целесообразности данного технологического направления.
Эти стадии неразрывно связаны и плавно сменяют друг друга. Оказавшись на разных «срезах» цикла, командам необходимо применять принципиально различные методологии и коммуникационные стратегии, чтобы точно выйти на рынок и начать эффективный диалог в условиях внешнего шума разной интенсивности и природы.
Фаза незаметности (ранний этап)
Фаза незаметности в нарративном цикле охватывает огромный спектр, однако именно она зачастую становится золотой колыбелью для создания чудес, позволяя с нуля определить совершенно новую категорию или значительно расширить когнитивные границы восприятия возможностей некой технологии.
В современных реалиях скорость запуска этот этап обычно занимает от 12 до 36 месяцев, причем первые 12 месяцев протекают в высшей степени тихо, фактически вне поля зрения рынка.
Главное преимущество публичного выхода на зарождающемся нарративном цикле заключается в том, что вы сможете построить идеологический ров на макроуровне и завершить нарративный захват данной категории. Вспомните сферы раннего коммерческого авиастроения (NewSpace), государственных технологий (GovTech), глубокого обучения и синтетической биологии — везде происходило именно так.
Овладев этим преимуществом, компания получает исключительно гибкие и широкие нарративные пространства для PR и маркетинговых коммуникаций. Команда может сначала рассказывать истории, опираясь на макровизионные темы, широко волнующие общество, а со временем постепенно сужать фокус до конкретных деталей продукта или ключевых функций, интересных лишь профессиональным покупателям и узкому кругу специалистов.
Другим существенным бонусом является то, что борьба за таланты, движимые миссией или обладающие узкопрофильной отраслевой экспертизой, остается относительно спокойной до тех пор, пока рынок не погрузится в кромешный ажиотаж внутриотраслевой конкуренции. В те годы соискатели гораздо охотнее соглашались подключиться к грандиозному направлению освоения космоса, не требуя заранее конкретики вроде спутниковой связи или производства на орбите.
Наконец, ранние лидеры с высоким уровнем исполнения способны по мере развития нарративного ажиотажа непрерывно привлекать капитал и в процессе соперничества фондов, стремящихся создать новых героев, стремительно вырасти в компанию-точку Шеллинга (Schelling Point Company) или флагман категории отрасли.
Однако слишком ранний вход в конкретный нарративный цикл также таит в себе серьезные скрытые угрозы и боли.
Слишком раннее участие часто ставит компанию перед риском копирования или опережения преемников с более сильной исполнительной силой, вплоть до превращения в открытое учебное пособие по ошибкам для быстрых аутрайдеров. В условиях, когда в течение первых 24 месяцев работы стартапа обычно появляются от двух до четырех конкурентов с поддержкой венчурных фондов, подобная ситуация встречается всё чаще.
Компании на этапе незаметности зачастую не успевают своевременно выстроить коммерческий ров достаточного масштаба. По мере расширения пула потенциальных клиентов пионеры, хотя и захватывают раннюю экосистему, остаются позади, в то время как последователи, опираясь на накопленный опыт, могут точечно воздействовать на одну главную проблему, привлекая новых заказчиков и наращивая масштабы бизнеса.
В совокупности, из-за преждевременного входа вы, скорее всего, выбегаете вперед до того, как осадки упадут. Любые радикальные перемены в фундаменте отрасли могут вынудить вас развернуться и перестроить нарратив. Ранние приложения-обертки ИИ как раз попадали в эту ловушку, недооценив скачок возможностей передовых больших языковых моделей и давление лабораторий, начавших собственную разработку.
Подобные трудности также встречались в секторах роботизированной инфраструктуры, программного обеспечения для коммерческого космоса и аутсорсингового производства в области синтетической биологии, где темпы коммерциализации замедлились. Они содержали в себе неявную ставку на более быстрый выход отрасли на масштаб, чем это было в реальности, в итоге оказываясь в затруднительном положении из-за невозможности подтверждать работу бизнес-маховика каждые 18–36 месяцев в соответствии с темпами венчурных фондов.
Волна роста убежденности и консенсуса

В мире стартапов и технологического рынка нарративы всегда двигаются волнами. По мере становления категории компания либо успешно закрепляется в центральной точке Шеллинга макрокатегории, либо обязана изо всех сил бороться за гегемонию в рамках внутреннего микро-нарратива (Micro-narrative).
Волны роста убежденности, как правило, характеризуются более длинной траекторией эволюции. На этом этапе вы можете наблюдать не только масштабирование лидеров-пионеров, но и массовый приход быстрорастущих аутрайдеров с ранним финансированием, что уже сигнализирует о первых признаках нарративной усталости.
Такие следящие компании обычно жестко цепляются за одни и те же нарративные якоря, ими руководят стандартные команды с блестящим резюме, собирающие гигантские раунды финансирования ради попыток совершить технический обгон по всем параметрам. Это явление проистекает из слепого копирования венчурным капиталом успешных образцов: неверного представления, что применение финансовых бомб большего калибра автоматически обеспечит скорость продвижения, хотя реальность редко соответствует этому ожиданию.
При постоянном повторном давлении одних и тех же макропонятий на протяжении 24 месяцев общественность, инвесторы, потенциальные сотрудники и клиенты неизбежно погружаются в эстетическую усталость и скепсис. Весь сектор на сенсорном уровне стремительно трансформируется из фантастического синего океана в тесный кровавый красный океан штыковых атак.
В своей статье, посвященной бизнес-моделям открытого ИИ и бренд-рву, я специально разобрал эту типичную динамику в контексте попыток Inflection ворваться в ряды передовых ИИ-лабораторий:

Именно поэтому для подавляющего большинства основателей выпуск компании в середине волны заставляет их предоставлять более точное и узнаваемое базовое убеждение либо веско доказывать, почему более сфокусированный узкий микро-нарратив обладает коммерческой ценностью, вовсе не уступающей, а иногда и превосходящей макро-нарративы ранних лидеров.
Посмотрим на исторические прецеденты: после утверждения SpaceX в роли лидера космической отрасли (2010–2016 годы) сектор коммерческого космоса быстро раскололся на высокоспециализированные подниши, такие как спутниковые платформы данных, запуск ракет, производство на орбите и космическая связь. Многие передовые технологические сегменты повторяют эту логику диверсификации.
Преимущество входа в середине волны заключается в том, что при четкой передачи ценности дифференциации у вас появляется больше времени на понимание закономерностей устоявшегося рынка и паразитирует на дивидендах ранних пионеров по воспитанию спроса. Однако это же означает резкое возрастание бремени доказательства: вам нужно строго обосновать, почему ваше решение лучше и заслуживает внимания.
Для основателей на данном этапе наиболее прагматичной стратегией станет использование внутренней оптики собственных инвесторов или бывших сотрудников ранних фирм-первопроходцев, чтобы проанализировать, какие факторы позволили лидерам ранее вызвать эмпатию у широкой публики, клиентов, капитала и талантов, а также на каких критических узлах им впоследствии не удалось удержать фокус.
По мере приближения середины нарративного цикла к своему апогею сама нарративная позиция начинает напоминать волну, которую необходимо ловить и использовать в свою пользу.
Первые пять-десять компаний, вошедших в конкретную нишу, очень быстро осознают: если они не способны стать компанией-точкой Шеллинга для всей категории, им придется двигаться вдоль макро-нарратива, постепенно демонтажуя и погружаясь в сторону более конкретных бизнес-сценариев. Этот поэтапный путь, как показано на рисунке ниже, представляет собой нисхождение по пирамиде категорий вплоть до базовых продуктов и приложений:

Конкретный вектор движения хорошо иллюстрируется примером: целый кластер компаний изначально заявлял о себе как об игроках в сфере климатических технологий, затем сузил фокус на чистую энергетику следующего поколения, углубился в ядерный сектор и наконец точно позиционировался вокруг малых модульных реакторов (SMR), формируя свой мировоззренческий нарратив вокруг конкретных инженерных прорывов.
Аналогичная эволюция наблюдается в секторе американской динамики (American Dynamism): здесь нарративная линия опускается от общей макро-стратегии к технологиям национальной обороны, новому оборонному оборудованию и, наконец, к разработке гиперзвуковых ракет.
Если в данной сфере уже проявляются огромные и постоянно растущие готовность платить за коммерциализацию, компании могут вообще пропустить промежуточные этапы и сразу перейти к предельно вертикальным и понятным нарративам сценариев, например к специализированному ИИ для юридических или финансовых задач.
Самым сложным элементом управления является середина цикла, поскольку ранняя середина и поздняя середина ощущаются кардинально по-разному. Вопрос о том, когда именно и с каким темпом завершать такое погружение нарратива, становится крайне жесткой игрой. По мере того как сектор дольше держится на виду у публики, планка доказательств его реальной коммерческой эффективности растет безостановочно.
Мы наблюдаем, что самые лучшие команды способны долгое время и непрерывно заполнять весь сектор высокочастотными рыночными сигналами, благодаря чему закрепляются в качестве главных владельцев актива определенного идеологического рва. Это далеко не простая задача: она требует от команды приоритизации внешних маркетинговых коммуникаций на первом месте как в идеологии, так и в распределении организационных ресурсов.
Зенит ажиотажа и эйфории
Когда ажиотаж и консенсус по определённому сектору достигают пика, на сцену выходит огромное количество более медлительных запоздалых аутрайдеров, а одновременно с этим масса изначально посторонних корпораций разворачивается и пытается насильно присоединиться к популярному концептуальному экспрессу.
Если оглянуться на криптоволну 2021 года, множество традиционных компаний спустя рукава натягивали блокчейн-упаковку и спешили стартовать, тогда царили нетерпеливость и шумиха.
Эта сцена вновь повторилась в 2023–2024 годах: сотни стартапов, воспользовавшись бумом моделей генерации изображений и мощью Midjourney и Runway, проводили грандиозные крупные раунды финансирования, выпустив на свет пачку так называемых креативных ИИ-приложений, которые лишь несколько дней сияли в социальных сетях, прежде чем навсегда затихнуть.
Сектор генерации кода в 2025 году также не избежал этой судьбы. Компании повсеместно копируют друг друга: от инструментов для усиленного IDE и полностью автономных кодовых агентов до систем генерации приложений с нулевым кодом. За последние 12–24 месяцев возникло огромное число однородных проектов финансирования, идущих по следу тренда.
Несмотря на то, что при каждом выходе на рынок игроки пытаются подчеркнуть дифференциацию посредством какой-либо конкретной функции или узконаправленного сценария, любой рациональный и трезвый наблюдатель придет к базовому прогнозу: абсолютное большинство этих предприятий в конечном итоге неизбежно скатится к тотальной гомогенизации и жестокой концентрации.
Чтобы успешно прорваться и взять высоту на вершине нарративной аномалии, у вас в руках должна быть действительно революционная продукция с качественной дифференциацией, пробивающая шум насквозь, либо каналы дистрибуции в масштабах, гарантирующих победу в ближнем бою. Более того, колоссальные рыночные инвестиции должны плотно сочетаться с высокой частотой поставок, чтобы нарратив не превратился в воздушный замок без материальной опоры.
Вход на вершину эйфории объективно оставляет тактическую возможность точно попасть в пустые измерения нарратива и реальности, однако это целиком зависит от сверхплотной постановки коммуникаций и твердого исполнения. Хотя это выглядит худшим возможным моментом старта, команды, глубоко понимающие рычаги нарративов или отлично владеющие приемами контрнаступления и захвата позиций, напротив, способны отвоевать себе пространство среди определенных групп верующих.
Но главная смертельная беда входа на пике заключается в том, что это обычно компромиссный шаг запоздалого раскрытия статуса или превращение в полностью лишенную барьеров посредственную команду, которая с самого начала не способна вызвать хоть какие-то длительные всплески вовлеченности у реальных пользователей.
Возрождение из пепла
Технологическая индустрия всегда отличалась крайним умением делать чрезмерные краткосрочные обещания, не соответствующие фактической выдаче результата, что часто провоцирует яростное эмоциональное разочарование, приводя к жесткому сбросу спекуляционного ажиотажа и доверия рынка к определенной категории ровно до нуля. Это самый тяжелый период релизов для основателей, но если история повторяет свои ритмы, немногие, возродившиеся из огня фениксы, получат здесь грандиозные возможности.
Необходимо признать, что старт проекта в руинах крайне редко бывает сознательным выбором: чаще всего это объективная реальность после краха предыдущей волны или почти фанатичная вера команды основателей перед лицом всего неизвестного. Даже сквозь призму высоко рационального венчурного взгляда такая чистая настойчивость остается бесценной.
Когда поверхностная суета, разочарование и отвращение, вызванные пиковым размахом и падением, постепенно улеглись, рынок снова начнет собирать ядро рациональной аудитории, жаждущей настоящего сюрприза и ожидающую реструктуризации своего мировоззрения по отношению к данной технологии или сектору. Лучшие организации умеют превращать прошлые катастрофы отрасли в необходимый пролог собственной предпринимательской саги.
Если удастся достичь этого, обычно происходит взрыв нового цикла развития, инициируется переоценка стоимости всей категории, а компания получает возможность заново собрать щедрые потоки капитала для сопротивления ударам новой волны аутрайдеров, благодаря чего нарративный маховик вновь запускается на новую траекторию вращения.
Индустрия криптовалют исторически превосходно мастерствовала в этом: каждый цикл обновляет старые архитектуры и добавляет новые паттерны спекуляций и механизмов; чистая энергетика и климатические технологии также неоднократно проходили чередования спадов и подъемов, с трудом и упрямством двигаясь вперед на фоне множества проложенных дорог и пересобранных структур, оставленных предшественниками.
Сегодня самым показательным примером служат сферы биотехнологий и вычислительной биологии. Такие платформы разработки лекарств на базе ИИ, как Recursion, несмотря на десятилетний марафон, продолжают с полной самоотдачей выполнять свои ранние технологические обязательства; а синтетические биотех-компании вроде Ginkgo, среди бесчисленных обломков отраслей, где тысячи пытались добиться успеха, искренне стремясь найти формулу бизнес-замкнутого цикла.
Для глубоко специализированных направлений хард-технологий всей отрасли, возможно, достаточно увидеть один-два знаковых переходных примера, преодолевающих пропасть между декларацией и действительностью, чтобы кардинально изменить оценку целого класса активов и вернуть огромный объем венчурного капитала стадии роста обратно в эти практически исчерпанные глубоководья.
Экзистенциальный вопрос нарративной стратегии
За последние десять лет Compound потратила массу усилий на систематическое исследование того, как нарративы распространяются и проникают сквозь технологические прорывы, кружки топ-специалистов, ядро заказчиков и финансовые потоки. Десять лет назад тщательно выстроенный нарратив, возможно, считался дополнительным элементом мягкой силы; сегодня же контроль моментов подачи стал первостепенным стратегическим столпом, стоящим в одном ряду с разработкой продукта и расширением каналов продаж.
Цикл технологического ажиотажа резко сократился с 48 до 12–36 месяцев, что катастрофически сузило поле для ошибок и коррекций, доступное основателям. Независимо от того, определяете ли вы категорию в эпоху незаметности, тонко обрабатываете микро-нарративы на фоне растущего консенсуса, пробиваетесь через толщу на пике ажиотажа благодаря высокочастотным поставкам или восстанавливаете доверие отрасли среди пепелищ, успех бизнеса теперь все сильнее зависит от способности вашего нарративного планирования точно совпадать с законами физики текущей фазы.
Настоящие лидеры с устойчивым преимуществом давно внедрили построение нарративов как неотъемлемую часть высшего уровня корпоративной стратегии, далеко не просто пиарный декор после достижения соответствия продукта рынку (PMF). На жестоком рынке, где конкуренты бурно растут, обладая гигантским капиталом и развиваясь со скоростью молнии, жесткое удержание когнитивной территории посредством нарративов высокого измерения давно перешло от категории маржинального прироста к экзистенциальной проблеме выживания компании.
Присоединяйтесь к официальному сообществу TechFlow
Telegram:https://t.me/TechFlowDaily
X (Twitter):https://x.com/TechFlowPost
X (Twitter) EN:https://x.com/BlockFlow_News














