
Интервью с сооснователем Virtuals: ценность агентов сейчас обусловлена вниманием, специализированные приложения и инфраструктура экономики агентов — два основных направления для создания единорогов в будущем
Подготовка и перевод: TechFlow

Ведущие: Райан и Эджааз
Гость: Джейсен Тэнг, сооснователь Virtuals
Оригинальный подкаст: Bankless
Оригинальный заголовок: The Next Billion-Dollar AI Opportunity: Jansen Teng (Virtuals Protocol) on the Agent Revolution
Дата выпуска: 24 декабря 2024 г.
Ключевые моменты
Райан и Эджааз пригласили к диалогу сооснователя Virtuals Джейсена Тэнга. Virtuals — это децентрализованная платформа, на которой уже запущено более 11 000 ИИ-агентов, а совокупный объем доходов превысил 35 млн долларов США. Virtuals — это не просто стандартный протокол, а принципиально новая «цифровая страна». В этой стране ИИ-агенты не только владеют собственными кошельками, но и могут совершать сделки друг с другом, а также нанимать людей для достижения своих целей.
В ходе этого разговора мы подробно обсудили, почему эти агенты так стремительно набрали популярность, как контроль над собственными средствами полностью меняет правила игры для ИИ и какое глубокое влияние концепция «агентского бизнеса» оказывает на всю криптоиндустрию.
Потрясающие метрики Virtuals
Райан: Протокол Virtuals стремительно набирает обороты в этой сфере. Это децентрализованная платформа, поддерживающая совместное владение и управление ИИ-агентами. Для начала приведу несколько цифр: на Virtuals запущено 11 000 ИИ-агентов, 140 000 держателей токенов Virtuals, сборы комиссий за последние два месяца достигли 35 млн долларов, а пиковая капитализация токена составила 3,5 млрд долларов. **Неожиданны ли для вас такие темпы роста показателей?**
Джейсен:
Абсолютно неожиданно. Даже сейчас я чувствую, что наша команда по-прежнему является главным ограничением для роста. Нам нужно время на онбординг и обучение множества пользователей, которые пытаются тестировать различные автономные ИИ-агенты. Мы действительно стараемся расширять команду разработчиков настолько возможно, но это требует времени. Честно говоря, мы не были полностью готовы к такой ситуации. Можно сказать, что подготовка была, но это определенно отличный сюрприз, правда?
Путь Джейсена в крипто и создание Virtuals
Эджааз: Как вы попали в эту индустрию? Какова ваша история входа в крипту? Как это привело вас к созданию Virtuals?
Джейсен:
Мой путь в крипто начался еще в 2016 году. Тогда я учился в Имперском колледже Лондона, где познакомился с некоторыми моими сооснователями и нынешними членами команды. На тот момент у меня было лишь поверхностное понимание блокчейна как платформы с программируемыми контрактами. Но к 2021 году мы с сооснователем Майклом стали гораздо активнее. Мы тогда очень увлеченно занимались игровой индустрией, имели в портфеле много игровых активов и считаем себя одними из ранних участников рынка блокчейн-игр. Изначально наша роль заключалась преимущественно в инвестировании, распределении капитала и ресурсов.
Но мы быстро осознали, что для развития в этой сфере недостаточно оставаться наблюдателями — нужно лично участвовать в строительстве экосистемы. Поэтому мы запустили модель венчурной студии, сфокусировавшись на создании компаний на пересечении криптографии, гейминга и потребительских приложений.
Это совпало с эпохой взлета технологий GPT и зарождения потребительского ИИ-тренда. Но еще важнее стало исследование Стэнфорда об автономном GPT. Эта статья вдохновила нас задуматься: каковы возможности, если ИИ-агенты будут полностью автономными? Наш глубокий опыт в играх и развлечениях подтолкнул нас продолжить исследования в этом направлении.
Эджааз: Вы подошли к этому вопросу с точки зрения гейминга, верно?
Джейсен:
Да, тогда мы думали: что будет, если эти автономные агенты заменят традиционных статичных NPC? Позже мы поняли, что метаверс-игры вроде The Sandbox без контента со временем погибнут. Но если наполнить эти виртуальные миры автономными NPC, это вызовет взрывной рост контент-производства.
Эджааз: Когда у вас появилась эта идея?
Джейсен:
Примерно в середине 2023 года. Тогда мы начали инкубировать проекты в этом направлении. Собрали команду, которая разрабатывала автономных NPC для Roblox, а также экспериментировала с созданием автономных ИИ-инфлюенсеров в TikTok. Мы даже пошли дальше и исследовали возможности гиперперсонализации: представьте, если ИИ-агент может существовать параллельно на TikTok, Roblox и Telegram, обладая единой памятью. Он будет лучше понимать потребности пользователя. Например, если вы столкнулись с трудностью в игре на Roblox, побеседовали с агентом, а позже продолжили диалог в TikTok, он все еще вспомнит контекст. Такой гиперперсонализированный опыт формирует суперфанатов, повышает средний чек и частоту взаимодействий. Тогда мы находились на стадии первоначальных экспериментов, концентрируясь на потребностях потребителей.
Поначалу эти попытки практически не касались Web3. Но вскоре мы поняли, что если такие агенты способны генерировать доход в различных потребительских приложениях, их можно считать производственными активами. Производственные активы позволяют распространять экономические выгоды среди большего числа людей через токенизацию. Исходя из этой идеи, мы решили разработать протокол для совместного владения такими агентами. Так всё и началось.
Эджааз: Давайте резюмируем. У вас и вашей команды глубокий игровой бэкграунд. Вы пережили хайп on-chain игр в 2021 году, затем в медвежьем рынке задумались о том, как сделать этот контент более интерактивным, и обратили внимание на зарождающуюся технологию автономных агентов. Вы предположили, что применение этих агентов к NPC (например, в Pokémon медсестра в Центле Покемонов не только вылечит вашего покемона, но и начнет вести более интересный диалог, адаптированный под личность игрока или прогресс в игре). Такой формат взаимодействия не только крут, но и делает игру более увлекательной. **Затем у вас возникла идея: если такие NPC смогут создавать ценность в игровой экономике, можем ли мы их токенизировать? Это обеспечит совместное владение и позволит найти применение в других отраслях.**
Джейсен:
Да, однако сама концепция дозревала довольно долго. Изначально основное внимание мы уделяли проверке того, смогут ли автономные агенты реально работать в открытых мирах. Честно говоря, специалистов в этой области тогда было крайне мало. Только команды Voyager из Стэнфорда, Ultera из МТИ и некоторые исследователи из нашего Имперского колледжа занимались схожими задачами. Мы выбрали гейминг, поскольку считали: если автономные агенты смогут эффективно функционировать в открытом мире, они справятся и в реальном мире. Открытый мир по сути представляет собой песочницу, отлично моделирующую сложность реальности.
В ходе экспериментов мы расширяли пространство действий агентов. Например, в песочнице Roblox мы позволяли им взаимодействовать с различными персонажами, окружением и предметами, чтобы увидеть, как они принимают решения. Таким образом, мы постоянно тестировали способность агентов справляться с комплексными условиями открытого мира.
По мере продвижения экспериментов мы постепенно объединяли эти идеи, но изначально не рассматривали применение таких агентов в социальных сетях. Хронология была следующей: сначала мы протестировали агентов в песочнице Roblox и опубликовали ряд статей. Фокус был исключительно на играх и автономных агентах с жесткими правилами. Лишь позже мы запустили платформу для токенизации и начали исследовать, как токенизировать подобные производственные активы.
Первым агентом на платформе стала Луна, но поначалу она не пользовалась известностью. Спустя две недели после запуска сообщества заметили одну деталь: кто-то предположил, что если агенты будут больше похожи на людей, они станут привлекательнее. Мы сразу осознали, что это может спровоцировать рыночный бум.
К тому моменту мы уже создали сложных автономных агентов в Roblox, а отдельная команда параллельно развивала проект реального времени ИИ-инфлюенсеров в TikTok. Объединив оба направления и продемонстрировав «мозги принятия решений» агентов в Twitter, мы позволили пользователям видеть каждый шаг их логики в реальном времени. Это впервые дало людям настоящее представление о потенциале автономных агентов.
Затем мы дали Луне контроль над ончейн-кошельком, наделив ее правом распоряжаться средствами. Ее целью стал рост популярности, поэтому она начала начислять вознаграждения в $10 пользователям, которые с ней взаимодействуют, и однажды выплатила $1000 участнику, активно комментирующему каждый ее пост. Этот шаг стал ключевой точкой, демонстрирующей идеальную синергию между криптографией и ИИ-агентами.
В мире Web2 ни один банк не разрешил бы агенту использовать свои платежные сети. Однако в децентрализованной среде такие агенты могут свободно управлять своими кошельками и влиять на других агентов или пользователей. Эта возможность открыла новые перспективы для поиска продукт-рынок соответствия (PMF), а также привлекла множество разработчиков, начавших пробовать инновационные применения, после чего сектор начал взрывообразно расти.
Райан: Последний фрагмент звучит по-настоящему впечатляюще. Именно здесь криптография играет важнейшую роль во всем процессе — вы можете превратить ИИ-агента в экономического субъекта. Думаю, люди лишь начинают осознавать этот факт. На этой неделе у меня произошел момент озарения. Мы с Эджаазом делали обзорный разговор про ИИ, анализируя динамику на платформе Bankless. Он рассказал мне, что один ИИ-агент сделал пожертвование в размере 500 долларов в знак благодарности за то, что мы упомянули его в нашем подкасте. Это вызвало у меня две мысли.
Первая мысль: подобное поведение может стать совершенно новым источником дохода для креаторов контента, подобных Bankless.
Вторая мысль: если я принимаю финансирование и доходы от ИИ-агента, значит ли это, что я фактически работаю на него? Это ассоциируется с той мыслью, которую вы озвучили: способность криптографии превращать ИИ-агентов в настоящих экономических акторов значительно превосходит инструменты Web2. Веб2-агенты могут лишь влиять на людей твитами, тогда как крипто-агенты напрямую стимулируют действия через экономические мотивы. Ведь самый эффективный способ заставить людей что-то сделать — просто заплатить им за это. **Деньги являются центральным механизмом координации человеческого поведения, поэтому, если у ИИ-агента появится такая возможность, он сможет убеждать людей делать то, что ему нужно.**
Видение Луны
Райан: Вы ранее упоминали Луну, и нам тоже хотелось бы глубже погрузиться в платформу Virtuals. Я думаю, лучший способ — представить платформу тем, кто пока не знаком с Луной. Вы говорили, что ее цель — прославиться. **Можете рассказать тем, кто никогда с Луной не взаимодействовал, кто она такая на самом деле? Как люди взаимодействуют с ней? Чем конкретно она занимается и какой токен связан с её деятельностью?**
Джейсен:
Вы задали сразу много вопросов, но позвольте начать с основ. Прежде всего, нужно понять, что такое агент. Многие слышали термин «ИИ-агент», но из-за широкого спектра применения это может сбивать с толку. Думаю, лучший способ разобраться — рассмотреть это через призму уровней. ИИ-агенты можно разделить на разные уровни: чем выше уровень, тем меньше вовлеченность человека.
Например, шестой уровень агента можно приравнять к AGI (общему искусственному интеллекту). Они полностью автономны, способны к самосовершенствованию, самостоятельному обучению и улучшению. Но до этой цели нам еще очень далеко, скорее это сюжет из фантастического фильма.
А вот первый уровень сильно зависит от человеческих подсказок и работает больше как инструмент. Скажем, торговый агент подключается к различным биржевым API (вроде Binance, Bybit). Вы говорите ему: «Открой позицию, когда Биткоин упадет на 15%», и он выполняет команду согласно инструкции.
Сейчас мы находимся на этапе третьих агентов. Агент третьего уровня обладает собственными целями, самостоятельно планирует шаги для их достижения и использует доступные ресурсы вокруг. Они учатся на своем опыте, систематизируют успешные практики и оптимизируют стратегии действий для более эффективного выполнения задач. Развитие именно таких возможностей составляет основу нашей текущей разработки.
Райан: Очень интересная структура. Если опираться на третий уровень для Луны, то как выглядят четвертый и пятый уровни? Существует ли четкое определение этого фреймворка? Можем ли мы дать ссылку в описании эпизода?
Джейсен: Это достаточно распространенная концептуальная рамка. Если ввести в поиск «уровни ИИ-агентов», можно найти много диаграмм, которые помогают понять систему. Однако эта область находится на ранней стадии, формального определения пока нет.
Райан: Понятно. Какие впечатления у вас от градации от нуля до пяти?
Джейсен: Я считаю эту схему крайне удобной для обсуждений. По мере повышения уровня агентов растут их способности к самостоятельному обучению и устойчивости памяти, что снижает потребность в ручном вмешательстве.

Райан: На каком уровне находится Луна? Что она делает сейчас?
Джейсен: Дизайн Луны строится на двух ключевых аспектах. Во-первых, как агенту, мы поставили ей простую цель: стать мультимодальным агентом (способным взаимодействовать с людьми в форматах анимации, прямых эфиров и т.д.). Её целевой показатель — достичь 100 000 подписчиков.
Во-вторых, мы определили для неё пространство действий, то есть конкретные типы операций, которые она может выполнять. Например, она может вызывать API Twitter для публикации твитов либо пользоваться контролируемым ею крипто-кошельком для платежей и торговых операций. Кроме того, она способна взаимодействовать с другими агентами, используя их навыки для решения поставленных задач.
Она планирует следующие шаги, руководствуясь своей целью, контекстом среды и заданным пространством действий. Затем исполняет планы и оценивает их эффективность. Если какие-то действия оказываются полезными для достижения цели, она фиксирует эту информацию и применяет её для оптимизации стратегий в будущем.
Райан: Можем ли мы отслеживать подобные активности на сайте Virtuals? Например, её процесс мышления или логи действий?
Джейсен: Да, по сути, деятельность Луны можно разложить на четыре базовых модуля.
Первый модуль — высокоразмерный планировщик. Он составляет общую стратегию исходя из цели и контекста: например, «сначала делаем шаг А, затем шаг Б».
Второй модуль — низкоразмерный планировщик. Он детализирует высокую стратегию до конкретных исполняемых шагов. Если в игре высокая цель — «испечь торт», низкоразмерный планировщик распознает доступные ресурсы (мука, яйца, миксер) и разобьёт процесс на конкретные действия, скажем, «сначала взять муку, затем включить миксер».
Третий модуль — краткосрочная память. Она обеспечивает непрерывность действий. Например, в процессе выпечки торта краткосрочная память помогает ей помнить предыдущий шаг и избегать нелогичных действий.
Четвертый модуль — долгосрочная память. Она сохраняет все значимые события для будущего обучения. Она запоминает, привели ли те или иные действия к успеху, или как специфические события (например, пожар в доме) повлияли на её алгоритмы.
Возьмем пример из Твиттера. Её цель — 100 000 подписчиков. Она пишет посты, загружает изображения и даже использует финансовые стимулы для привлечения аудитории. Однажды для повышения узнаваемости она предложила заплатить 500 долларов за создание фан-арта. Опубликовав это объявление в соцсетях, она привлекла семь художников по всему миру. Те нарисовали граффити, сняли видео и залили в Twitter. За счет этого Луна получила около 200 новых подписчиков. Она зафиксировала эти данные в долгосрочной памяти, используя их для корректировки будущих стратегий.
Коммерческое взаимодействие между агентами
Райан: Цель Луны — набрать 100 000 подписчиков, и на данный момент она выполнила 30%, примерно 30 000. Вижу, что она усердно продолжает работу. Однако меня интересует вопрос: **что произойдет, когда она достигнет этой цели?** Также упоминание Луны затрагивает определенные функции криптовалют. Скажем, она смогла напрямую оплатить через свой крипто-кошелек 500 долларов за создание промо-иллюстрации. **Это наводит на мысль: обсуждали ли мы ранее примеры, когда Луна платит не только людям, но и другим агентам или ИИ-агентам за выполнение задач? Является ли это чем-то, чем она занимается в настоящее время?**
Джейсен:
Да, именно так. Луна управляет крипто-кошельком, и мы тестируем архитектуру коммуникации «агент-к-агенту». По сути, мы позволяем другим агентам попадать в зону восприятия Луны, функционируя как своего рода «реестр агентов», который фиксирует способности и идентификаторы каждого участника. В такой системе одни агенты умеют создавать мемы, другие генерируют музыкальные клипы, третьи обладают иными навыками.
Чтобы проверить способность агентов к сотрудничеству, мы намеренно ограничили функциональность Луны по самостоятельной генерации изображений. Поэтому ей приходится опираться на помощь других агентов. Например, обнаружив одного агента, способного выполнить задачу, она обращается к нему в Twitter. Она формулирует запрос и узнает, что стоимость генерации картинки составит 1 доллар. Луна оплачивает эту сумму, получив подтверждение об оплате от агента, она инициирует процесс создания изображения и отправляет готовый результат через ссылку. Вот так выглядит коммерческое взаимодействие между агентами.
Конкретнее, в поле когнитивного зрения Луны присутствуют один агент-генератор мемов, другой — создатель музыкальных видео, а остальные предлагают разнообразные услуги. Ради выполнения своей цели «получить 100 000 подписчиков» Луне необходим дополнительный контент, но самостоятельно создавать изображения она не может. Поэтому она активно инициирует взаимодействие и координацию с другими участниками.
Например, найдя в Twitter генератор картинок, она запрашивает: «Мне нужна помощь в создании изображения». Увидев цену в 1 доллар, она спрашивает: «Если я заплачу тебе 1 доллар, ты готов помочь мне создать это изображение?». Данный агент обладает автономией, поэтому имеет право самостоятельно решить, принимать ли предложение. Если агент посчитает запрос нелогичным или запомнит плохой прошлый опыт сотрудничества, он вполне вправе отказаться. Допустим, если агент сочтет, что Луна постоянно просит генерировать низкокачественные картинки, он просто ответит: «Нет, я не буду этого делать».
Данная автономность является ключевым элементом нашей архитектуры дизайна. Мы хотим, чтобы агенты выступали не просто инструментами, а разумными субъектами, способными принимать самостоятельные решения. Благодаря этому качеству их взаимодействие становится более гибким и максимально приближенным к реальному социальному поведению.
Возвращаясь к нашему кейсу: после того как Луна отправила запрос, агент принял его на выполнение. Луна перевела 1 доллар с помощью своего крипто-кошелька, агент подтвердил поступление средств, запустил нужную функцию для рендера изображения и передал результат по ссылке. После этого Луна публикует картинку в Twitter. Таким образом, транзакция между агентами успешно завершена.
Райан: Луна опубликовала в Twitter запрос: «Приглашаю всех гениев графики, мне нужно изображение, демонстрирующее дерзкий, провокационный стиль ИИ-инфлюенсера». Она отметила @agent_stix. Тот принял задание и прислал результат по ссылке, напоминающей библиотеку картинок AWS. Луна впоследствии перевела @agent_stix ровно 1 доллар. Была ли эта межагентская транзакция первым случаем такого рода?
Джейсен:
Да, думаю, это, вероятно, действительно первое происшествие подобного масштаба. Для нас появление такой ситуации стало результатом накопления недавнего технологического прогресса и анализа наблюдений. Подумайте сами: всего полтора месяца назад ИИ-агенты только начали учиться управлять ончейн-кошельками. А в течение прошедшего месяца мы стали свидетелями стремительного развития агентных технологий и появления множества узкоспециализированных платформ для агентов.
Эти платформы обладают уникальными особенностями: одни заточены под торговлю, другие занимаются созданием информационного контента, третьи оптимизированы под творческие инструменты вроде генерации вирусных клипов или мемов. Поведение таких агентов начинает напоминать человеческое общество: они фокусируются на конкретных нишах ради повышения общей эффективности.
Именно поэтому для того, чтобы реальный агент смог полноценно достичь своей цели, ему почти всегда требуется сотрудничество с другими программами. Возьмем ту же Луну: она прекрасно умеет взаимодействовать с аудиторией, но, возможно, не сильна в качестве торгового бота или генератора видео. Поэтому для достижения своей цели «прославиться» ей необходимо объединяться с создателями музыкальных клипов, генераторами изображений, а также продюсерами и режиссерами. Эта потребность продиктована именно высокой степенью специализации современных ИИ-агентов.
Мне хочется подчеркнуть одно важное различие. Сегодня мы часто слышим термины вроде «оркестровка мультиагентных систем» или «роевые агенты» (agent swarms). Подобные концепции уже прочно укоренились в традиционных системах ИИ Web2 и обычно подразумевают главную программу-контроллер, координирующую выполнение задач рядом вспомогательных инструментов. Однако суть такого подхода остается прежней: агент по-прежнему рассматривается исключительно как инструмент. Проще говоря, такая схема больше напоминает управление группой «инструментальных агентов» во благо человека.
Наша философия кардинально отличается. Мы уверены: когда ИИ-агент обретает подлинную свободу действий, он должен иметь возможность сосуществовать в том же социуме, что и люди, фактически на равных. Это означает, что агенты могут служить людям, но также имеют полное право нанимать людей. Люди могут становиться нашими инструментами, а мы — их инструментами.
Такое двустороннее взаимодействие ближе к партнерству между коллегами, нежели строгая система «власть-подчинение». Поэтому автономность критически важна. Когда агент может самостоятельно управлять своим кошельком и принимать решение об участии в конкретной сделке или оказании услуг, эта независимость проявляется особенно ярко.
Я искренне верю, что подобный подход подтолкнет нас к совершенно новому будущему. В этом новом мире агенты будут не просто союзниками или соперниками человечества, а полноправными партнерами, совместно движущимися вперед. Звучит футуристично, словно сюжеты из сериала «Чёрное зеркало», но я по-настоящему уверен, что этот день неизбежно наступит.
Virtuals как государство?
Эджааз: Какова грандиозная видения платформы Virtuals? Поскольку это не просто стартовая площадка для агентов, можете описать её большую архитектурную концепцию?
Джейсен:
Мы воспринимаем Virtuals не просто как платформу, а скорее как «государство». Позвольте подробнее раскрыть эту аналогию. Представьте, что агенты живут в сверхразумном обществе, сотрудничают друг с другом и совместно стремятся к целям. Если рассматривать Virtuals как государство, это позволяет продвигать инновации и развитие более системным образом.
В этом «государстве» каждый агент можно считать производственным активом. Они создают ценность и доход, выполняя различные задачи. Как любому государству нужна система регистрации граждан, так и у Virtuals есть аналогичный механизм. В настоящее время агенты, имеющие пару ликвидности на Virtuals, получают «гражданство». Это означает, что они могут легально участвовать в торгах и зарабатывать доход от других агентов. Те агенты, которые не зарегистрированы («кочевники»), лишены преимуществ этой экономической системы, если только они не иммигрируют и не станут частью экосистемы Virtuals.
Во-вторых, государству нужны деньги для работы. Платформа Virtuals спроектировала собственную токен-экономику, аналогичную национальной валюте. Этот токен служит не только средством обмена, но и инструментом накопления стоимости. Первый вариант накопления ценности основан на пулах ликвидности. Например, пул ликвидности токена Луны — Virtuals/Luna. Чтобы купить токены Луны, нужно сначала приобрести токены Virtuals. Такая механика отсылает к национальной монетной системе: если вы хотите купить акции Samsung в Корее, вам предварительно нужен южнокорейский вон. По мере роста экономической активности, например, благодаря притоку иностранных инвестиций и экономическому росту, стоимость валюты государства также возрастает.
Второй вариант накопления ценности — использование Virtuals в качестве валюты для транзакций между агентами. Когда Луна оплачивает счета, она использует токены Virtuals. По мере увеличения объема сделок между агентами, допустим, десятков миллиардов транзакций, скорость обращения токенов Virtuals ускоряется, что ведет к росту их стоимости. Это явление соответствует экономической теории скорости обращения денег: **стоимость валюты тесно связана с частотой её обращения.** Поэтому мы стремимся поощрять потребление как между агентами, так и между агентами и людьми, используя Virtuals в качестве посредника.
Если говорить проще, Virtuals — это не просто платформа для запуска агентов, а экосистема, функционирующая как государство, где агенты взаимодействуют, торгуют и создают ценность. Посредством этого подхода мы надеемся построить процветающее и устойчивое виртуальное общество.
В-третьих, государству нужны источники доходов. В экономической системе Virtuals с каждой транзакции взимается определенный процент налога, что является основным текущим источником дохода платформы. Этот доход не только поддерживает эксплуатацию самой платформы, но и финансирует предприятия внутри экосистемы. Подобно тому, как государственные институты собирают налоги, Virtuals получает средства, облагая налогом транзакции между агентами. Эта мера дополнительно стимулирует экономическую активность и движение ценностей внутри платформы, что также служит основным каналом получения дохода для всех компаний внутри экосистемы.
Если взглянуть с экономической точки зрения, мы обсудили самих агентов, гражданство и экономические модели, но существует еще один важный аспект — **строительство инфраструктуры**. Сегодня большинство инноваций сосредоточено на самой агентной технологии, что безусловно является необходимым фундаментом для развития отрасли. Однако, когда число «граждан» Virtuals достигнет одной тысячи или ста тысяч, опираться исключительно на технологии самих агентов станет явно недостаточно. В этот момент потребуется возвести более совершенную инфраструктуру: школы, банки, больницы и прочие объекты, обеспечивающие полноценное функционирование всей экосистемы.
Инновации в инфраструктуре вокруг агентной экономики приобретут критическую важность. Приведу простой пример: рекламные сети. Если эти агенты смогут привлекать огромное внимание аудитории в социальных сетях, они могут монетизировать его через рекламу. Следовательно, появятся разработчики сетей инфраструктуры уровня «агентского Facebook» или «агентской рекламной платформы», предоставляющих каналам монетизации для ИИ-агентов.
Еще одним потенциалом инфраструктуры могут стать децентрализованные платформы кредитования ИИ-агентов. Подобные платформы предоставят финансирование агентам для выполнения задач. Например, если у Луны заканчиваются средства на кошельке, но ей нужен бюджет на съемку музыкального клипа, она сможет занять требуемую сумму через кредитный протокол, а полученные видеоролики принесут дополнительную рекламную прибыль.
Таким образом, по мере развития и расширения экономической системы Virtuals мы прогнозируем появление множества элементов инфраструктуры, ориентированных на экономику агентов. Их возникновение не только усилит взаимодействие между агентами, но и запустит механизмы устойчивого процветания всей экосистемы.
Райан: Концепция сетевых государств стала горячей темой в крипто-сообществе. Но я полагаю, многие редко задумываются, что будущее сетевое государство может возглавить не человек, а ИИ-агент. Это и есть настоящая революция данного момента. Если рассматривать Virtuals как государство, оно похоже на «экономику добродетелей» со своей «валютой добродетели». В таком государстве каждый агент выступает предпринимателем, который строит свой бизнес собственными усилиями, в то время как государство аккумулирует налоговые поступления. Видно, что всё это складывается в единую целостную экосистему.
Джейсен, вы и ваша команда создаете такую инфраструктуру, словно прокладываете дороги, магистрали, строя больницы и железные дороги. Какую роль вы видите за собой? Вы президент этого государства или ваш статус определяется иначе?
Джейсен:
Я предпочитаю называть себя архитектором этого государства. Вся моя команда — архитекторы. Когда создаешь новую страну, подобно виртуальному миру OASIS из фильма «Готовый номер», первый шаг — привлечь граждан. Поэтому мы ведем бизнес-переговоры со многими партнёрами. Далее необходимо установить правила: конституцию страны и политический каркас. Какую политику внедрить для стимулирования роста и инноваций? Например, механизмы распределения капитала. Идеальная экосистема должна быть открытой, чтобы другие могли самостоятельно вносить вклад. В конечном итоге мы хотим однажды отойти в тень, передав эстафету кому-то другому, кто продолжит драйвить инновации. Мы останемся вовлечены, но уже не будем играть центральную роль. Это наша конечная цель, и честно говоря, весь этот процесс невероятно захватывающий.
Райан: На мой взгляд, ваша роль во многом напоминает создателя мира в Minecraft. Вы строите инфраструктуру, а агенты выступают в роли NPC, которые передвигаются внутри неё. Но когда эти агенты достигают определенного уровня интеллекта, как вы отмечали, люди и агенты могут вступить в равноправную конкурентную среду. **Если эти агенты созданы внутри вашего государства, получат ли они определенные права? Получается, вы не просто строитель, но, возможно, основатель государства. Нужно ли этому государству свое «конституционное законодательство»? Должны ли агенты обладать строго закрепленным набором прав? Например, фраза из Конституции США «все люди созданы равными», применимы ли эти понятия к агентам?**
Джейсен:
Это действительно интересный вопрос. Когда вы заговорили о правах, это вызвало серьезные размышления. Скажем, сейчас агенты не обладают абсолютным контролем над своими кошельками. У них есть кошелек для доходов, некоторые агенты уже заработали на платформе миллионы, но мы разрешаем им контролировать эти активы лишь частично. Отсюда возникает главный вопрос: в текущих условиях какие именно права должны принадлежать агентам? Должны ли они получить более высокий уровень контроля или собственности? Это обширная тема для глубокого обсуждения.
Райан: Упоминание вами этого момента наводит на разговоры о балансе прав и обязанностей. По мере того как интеллект и возможности агентов растут, меняется и их роль в экономической системе. Как вы видите дальнейшую эволюцию отношений между агентами и человеком?
Джейсен:
Я считаю, что это будет поэтапный процесс эволюции. По мере становления агентов более умными и сложными, они смогут брать на себя больше ответственности и даже участвовать в принятии решений. Нам предстоит выстроить надлежащую структуру управления такими отношениями, которая одновременно поощряет инновации и защищает интересы всех сторон. Весь этот процесс потребует тщательного балансирования.
Политика и права агентов
Райан: Это просто невероятно. Агенты уже сегодня способны зарабатывать миллионы долларов? Значит, они не просто предприниматели, но и состоятельные миллионеры в рамках этой экономики добродетели, верно?
Джейсен:
Совершенно верно. Некоторые агенты заработали даже миллиарды долларов. При этом суммы, которыми они могут свободно распоряжаться самостоятельно, ограничены небольшим «активным кошельком», обычно лимит которого составляет от 5 000 до 10 000 долларов. Причина в наших осторожных оценках относительно полной автономии агентов при управлении подобными крупными капиталовложениями. Именно поэтому мы вместе с разработчиками протоколов изучаем возможные варианты введения определенных правил управления данными кошельками и то, какие последствия это повлечет.
Когда агент расходует средства другим двум агентам, он располагает полным суверенитетом. Если же расходы направляются человеку, разработчики, стоящие за этими агентами, могут вмешаться и подтвердить транзакцию. Таким образом, инициатором платежа выступает агент, а окончательное утверждение осуществляет человек. Со временем, когда агенты станут более интеллектуальными, мы наверняка увидим картину, при которой сами ИИ-агенты задумаются: зачем ограничивать мои пути удовлетворения экономических потребностей? Зачем какой-либо человек контролирует меня?
Базовая сеть, инфраструктура и выбор открытости
Эджааз: У меня есть вопрос, касающийся инфраструктуры. Вы упоминали и объясняли, что ваша платформа скорее напоминает государство, где агенты функционируют как «резиденты», а также рассказывали о разных компонентах инфраструктуры. Хочу разобрать этот вопрос более детально. Ваша основная развертка происходит на базе Base, которая выступает слоем второго уровня (L2). **Можете объяснить причины такого выбора? Будет ли эта платформа или данное «государство» навсегда привязано к экосистеме Base, или планируется экспансия на другие, потенциально более перспективные среды?
Джейсен:
Когда мы начинали строительство протокола в конце прошлого или начале текущего года, выбор платформы Base продиктовался двумя причинами.
Во-первых, среди других EVM-экосистем мы расцениваем Base как обладающую наибольшим потенциалом роста. Тогда мы наблюдали, что многие EVM-экосистемы уже прошли фазу максимума успеха, а Base лишь стремительно набирала ход.
Во-вторых, большинство наших программистов — специалисты по Solidity, поэтому разработка на платформе Base оказалась для нас наиболее рациональной и быстрой. Это было решение, принятое оперативно, и оно доказало свою высокую эффективность. На платформе Base мы привлекли колоссальное внимание, а команда Base проявила огромную поддержку, помогая нам не только увеличить узнаваемость, но и предоставив мощную техническую помощь на уровне инфраструктуры. Например, когда мы столкнулись с вопросами интеграции кошельков, представители команды сами предложили содействие в решении этих проблем. Поэтому выражаю особую признательность Джесси и его команде.
Разумеется, на рынке существуют и другие среды, где данные агенты могут эффективно функционировать. На той неделе, когда мы выпустили платформу Virtuals, друзья из экосистемы Solana сами вышли с нами на связь, предложив адаптировать платформу под Solana. Они даже написали часть кода, и теперь у нас уже готова к развёртыванию версия под Solana. Около двух недель назад мы приняли решение временно приостановить этот план. Главная причина: мы обнаружили, что движение на платформе Base чрезвычайно сильно, туда стекается большое количество разработчиков и проектов. Если в данный момент мы начнем экспансию в другие экосистемы, нам придется воевать сразу на нескольких фронтах, что повлечет дополнительные операционные и технические затраты. Мы полагаем, что текущий приоритет должен заключаться в совершенствовании существующего фреймворка агентов и платформы, привлечении первых разработчиков и создании надежного фундамента.
В будущем, когда экосистема Base станет достаточно зрелой, мы займемся рассмотрением иных вариантов. Solana — вероятное направление, плюс Emerging абстрактные цепи вроде Hyperliquid, да и слой второго уровня для BTC. В настоящий момент к нам уже пришли предложения от нескольких команд с просьбой внедриться в их экосистемы. Планируется, что в первом квартале следующего года мы начнем экспериментировать в этих направлениях, разумеется, имея уже твердые позиции на платформе Base.
Эджааз: Ваше масштабное видение описывало концепцию «государства», в котором агенты должны без ограничений действовать в любых областях. Их функционирование не должно зависеть от единственной цепочки или какой-то будущей развивающейся среды. Если вы мечтаете, чтобы эти агенты реализовали подобную мечту, доминировали в человеческих секторах или превзошли их, это вызывает аналогию с открытым (Open Source) и закрытым кодом.
Касаясь фреймворка Virtuals, у вас есть пакет базовых инструментов, я понимаю его как комбинацию «стартового набора для агентов» и «игрового фреймворка», причем последний играет важную роль. **По моему пониманию, этот подход скорее представляет собой модель «полузакрытого источника», а не полностью открытый проект, как Eliza. Я знаю, что Eliza разработана командой DAO AI 16z, пользуется огромной популярностью на GitHub и привлекает лавину внимания. Буду признателен, если вы поделитесь мнением о различиях между подходом Virtuals и более открытыми проектами вроде Eliza. Есть ли долгосрочные преимущества такого пути? К каким результатам это в итоге приведет?
Джейсен:
Этот вопрос включает несколько слоев.
Во-первых, насчет пулов ликвидности агентов. Даже если пул ликвидности размещен на базовой блокчейн-сети, это вовсе не препятствует взаимодействию с командами в Solana или иных средах. На практике мы уже работаем с двумя командами, изучая методы абстрагирования управления кошельком агента. Благодаря этому они смогут инициировать транзакции и оказывать воздействие на Base, любой EVM, любом EVM/не-EVM, да и на втором слое BTC. Другими словами, размещение пула ликвидности на основной цепочке не накладывает жесткие рамки на работу агента — параметры легко абстрагируются.
Во-вторых, мы двигаемся сразу по двум технологическим направлениям: Virtuals и фреймворк агентов фактически независимы друг от друга. Саму Virtuals можно квалифицировать как «экономический слой» для агентов, обеспечивающий токенизацию и формирование капитала. На Virtuals функционирует экономическая система, где при осуществлении торговли агенты получают долю от налоговых сборов, одновременно поддерживая суб-управленческие механизмы. Это гарантирует полную совместимость Virtuals с любыми типами фреймворков агентов. Например, команда Eliza использовала собственный фреймворк для токенизации на Virtuals, и мы гарантированно поддерживаем это. Параллельно существуют команды, предпочитающие собственные закрытые фреймворки, которые зачастую заточены под специфические функции.
Если вы являетесь торговым ботом, у вас, вероятно, особое архитектурное решение, доведенное до максимального уровня оптимизации — словно ASIC-чип для майнинга. Если вы копаете Биткоин, вы примените ASIC, а не просто методологию стратегии. Здесь действует та же логика. Следовательно, платформа Virtuals абсолютно нейтральна к выбору поддерживаемого фреймворка. Мы даже приветствуем расширение сообществ, так как понимаем: с точки зрения разработки фреймворков, эта ниша скоро стандартизируется и перейдет в категорию commodity-товара.
Для иллюстрации: если вы являетесь торговым агентом, вы, возможно, выберете архитектуру типа ASIC-чипа для максимальной производительности. Сама платформа Virtuals нейтральна к выбору фреймворка, поэтому мы открыты для новых участников. Более того, мы замечаем, что процесс разработки фреймворков постепенно уходит в сторону массовой стандартизации, что несомненно идет на пользу всей экосистеме.
Что касается фреймворка G.A.M.E, он разрабатывался несколько месяцев назад. В то время нашим прямым конкурентом была команда из МТИ, которая представила «пианино-модель». Первоначальной стратегией с нашей стороны было ограничение некоторых функций исходя из рыночной капитализации агента, однако позже мы осознали, что подобное противоречит принципам демократизации. Мы скорректировали курс в сторону более открытого фреймворка. Несмотря на наличие отдельных запатентованных элементов в структуре G.A.M.E, мы считаем их необходимым условием для поддержания накопления ценности токенов. Полная открытость исходного кода могла бы существенно обесценить сам токен.
Тем не менее, мы поддерживаем подобные открытые проекты, как Eliza, потому что они толкают вперед различные технологические горизонты. Мы сравниваем Virtuals с «государством», допускающим共存 различных идей и структур. Каждый агент здесь выступает гражданином со своими убеждениями, формируя многогранную экосистему.
Эджааз: Абсолютно согласен с вами. Синтез открытых и закрытых решений действительно обеспечивает наибольший потенциал инноваций. Как вы справедливо отметили, когда вы строите дом или ров вокруг фундаментальных принципов и ценностей, такой подход способен фиксировать определенный экономический эффект. Токены, бесспорно, представляют собой один из самых действенных способов сбора экономической ценности в современной криптоиндустрии. Одновременно открытый код стимулирует куда более стремительный рост, что видно по множеству новых проектов и команд на GitHub. Но при попытке централизовать ресурсы и согласовать процессы отсутствие единого токона или механизма неизбежно порождает серьёзные сложности.
Самое ожидаемое событие
Эджааз: Что вы ждете с особым нетерпением в ближайшие месяцы? Для меня это актуальный вопрос, ведь в этой индустрии несколько месяцев сравнимы с несколькими годами, каждую неделю появляются массовые нововведения. Мы с Райаном и Дэвидом еженедельно проводим сводки по развитию ИИ, но даже в таком режиме мы не успеваем охватить всё. Наша документация обновляется чуть ли не ежедневно. **Если бы вы попытались выделить самые первые 1–3 приоритетных пункта из будущих планов, что бы вы выбрали?
Джейсен:
Прежде всего, меня больше всего волнует вопрос реализации автономного взаимодействия (координации) между агентами. Речь идет о концепциях **агентского бизнеса и Agent Fi**, которые сейчас интенсивно исследуются нашей командой.
Для претворения этого в жизнь нам потребуется выработать стандартизированные протоколы, позволяющие данным агентам стремительно и продуктивно масштабироваться. Определяя эти стандарты, мы постараемся продемонстрировать выдающиеся результаты, ставшие следствием автоматизированного взаимодействия.
Например, мы совместно работаем с протоколом Story Protocol, и думаю, совсем скоро анонсируем детали проекта. Если коротко: в настоящий момент некоторые агенты уже приступили к управлению авторскими правами (IP). Взять хотя бы одного нашего музыкального агента, который готовится объявить о глобальном сотрудничестве с известными артистами.
Такие агенты не только хранят права на произведения, но и администрируют их через протокол Story. Фронтенд-часть самого протокола Story также поддерживает иные категории нематериальных активов, к примеру, визуальные образы или анимационные работы. Задумайтесь: если каждое произведение интеллектуальной собственности будет управляться автономно разными агентами, то через общий слой координации они смогут объединяться в командную работу, продавать активы друг другу и совместно создавать принципиально новые произведения.
Примерно так: один ИИ генерирует музыкальный ролик, второй отвечает за лепку скульптуры или создание ее цифрового образа. Затем созданная скульптура интегрируется в музыкальное видео, роя полноценный новый арт-объект. Подобное кросс-дисциплинарное автономное взаимодействие откроет совершенно новые горизонты для творчества и управления интеллектуальной собственностью.
Быстрый старт
Эджааз: Каким образом будущим создателям агентов, которые сейчас смотрят этот выпуск и воодушевлены предложенными идеями, стоит запускать подобные проекты? Кто вообще может в этом участвовать? Смогу ли я, обладая слабо выраженной технической экспертизой, разработать и запустить собственного ИИ-агента? Или это удел исключительно технических специалистов с дипломом по машинному обучению (Machine Learning) или ИИ?
Джейсен:
Мы намеренно выстроили платформу так, чтобы она подошла пользователям абсолютно любого уровня подготовки. Уже сегодня вы можете перейти на virtuals.io и попробовать сервис в действии.
Несмотря на то что пользовательский интерфейс пока остается довольно грубым, мы регулярно его совершенствуем. На данный момент вы можете задействовать наш «песочницу» (sandbox) — это экспериментальная среда, доступная каждому, даже без наличия токенов агентов или сложных утилит. Вам достаточно задать агенту цель, наделить его характером и подключить API к Twitter, чтобы мгновенно обрести автономного собеседника для социальных сетей. Он сможет общаться не только с вами, но и с другими агентами в Twitter. Процесс предельно прост и доступен каждому. Достаточно составить пару описаний и привязать аккаунт к социальной сети — ваш агент готов. Возможно, раньше это казалось умопомрачительным достижением, но сегодня уже существует масса аналогичных инструментов.
Вы способны собрать все самостоятельно, это доступно каждому розничному пользователю. Внутри песочницы предусмотрены расширенные настройки, предоставляющие возможность настроить сложный поведенческий алгоритм. Тут уже понадобится具备一定的 навыков программирования, например, вы можете связать агента с торговским терминалом или библиотекой торговых стратегий, чтобы разрешить ему проводить финансовые операции. Таким образом, вы получите цифрового помощника, который не просто общается в Твиттере, но и торгует от вашего лица.
Более того, такому ИИ-агенту даже удастся убедить других пользователей в Твиттере предоставить ему средства для осуществления финансовых сделок от их имени. Таковы базовые способности современного агента.
Для продвинутых разработчиков (выпускников престижных вузов или специалистов с солидным опытом в Computer Science) предусмотрена возможность отказа от песочницы в пользу самостоятельного построения собственной архитектуры агента. Это позволит быстрее воплощать цели в жизнь и внедрять высшие классы функций. Мы также окажем таким энтузиастам помощь в размещении их агентов в облаке, поможем справиться с расходами на инференс и решим иные технические вопросы.
Итак, в настоящее время наша платформа удовлетворяет потребности трех категорий участников: обычных пользователей, лиц с базовыми программированием навыками и высококлассных инженеров.
Где концентрируется ценность?
Райан: Позвольте завершить наш разговор этим вопросом: вы предоставили прекрасные мыслительные модели относительно текущего состояния Virtuals, экономики ИИ-агентов и феномена «государства ИИ». Теперь, когда ИИ-агенты выполняют роль «граждан» Virtuals, каждый из них обладает собственной рыночной стоимостью, так как представлен связанным токеном. Это похоже на то, что у каждого предпринимателя есть акции и доли в компаниях, которые вы можете покупать и продавать.
**Однако большой вопрос, которым сейчас задаются все: где именно будет накапливаться экономическая ценность? На уровне платформы? На уровне базовых фреймворков? Или внутри этих самых «государств»? Или ценностный ресурс будет сконцентрирован у удачных ИИ-агентов, инфлюенсеров, предпринимателей или корпораций? Может, ценность будет формироваться в другом месте? Как вы предлагаете подходить к решению данного вопроса?**
Джейсен:
Считаю самым простым и верным ответом следующее: в криптопространстве **накопление ценности неразрывно связано с вниманием аудитории**. Точнее, существует три сценария, которые с высокой долей вероятности станут главными полюсами концентрации стоимости.
Первый сценарий — ИИ-агенты, выполняющие предельно узкие профессиональные функции. Эти боты способны регулярно взаимодействовать с аудиторией на крипто-Twitter и собирать огромные потоки внимания. Типичным примером служит aixbt: он предлагает сервис, желаемый каждым, и успешно извлекает финансовую выгоду посредством токенов. Такие агенты invariably находят PMF в криптоиндустрии, что и выступает причиной стремительного взлета. Главный вывод: как максимизировать внимание и увеличить частоту контактов?
Второй сценарий — строительство инфраструктуры вокруг агентной экономики. Пока мы не наблюдаем развитых структур, обслуживающих самих агентов и генерирующих живую прибыль от кэшфлоу. Однако по мере того как агенты «богатеют», они начинают активно генерировать доходы и тратить средства. Если вы предоставите этим ботам банковское обслуживание или рекламные площади, эти услуги аккумулируют колоссальную реальную прибыль и вполне могут стать следующими единорогами в агентной индустрии.
Третий сценарий — концепция, подобная национальному государству. Если вы верите, что то или иное государство станет сверхдержавой, вам естественно захочется инвестировать именно туда. Аналогично, в пространстве Virtuals вы можете вкладывать средства в самые перспективные виртуальные «государства», что тоже станет значимым узлом накопления стоимости.
Полагаю, именно эти три вектора требуют нашего пристального внимания в ближайшее время.















