CEO управляющей компании с Уолл-стрит раскрыл позиции: ставка на Nasdaq и BTC, «срединный путь» — наихудший выбор

Подготовка и адаптация: TechFlow

Гость: Энтони Помплиано, основатель и генеральный директор Professional Capital Management

Ведущий: Джон Помплиано, партнер Pomp Investments

Аудиоисточник: Энтони Помплиано

Исходное название: Я только что раскрыл свой текущий портфель…

Дата выпуска: 24 июня 2026 года

Ключевые тезисы

Энтони Помплиано и Джон Помплиано в новом выпуске снова объединяются, чтобы глубоко разобрать драматичное падение технологических гигантов S&P 500 (MAG 7), всеобщую панику вокруг пузыря капитальных затрат на искусственный интеллект (CapEx) и объяснить, почему базовые данные по инфляции на самом деле куда безопаснее и контролируемее, чем о том говорят сенсационные заголовки СМИ.

Гость этого выпуска — Энтони Помплиано, основатель и генеральный директор Professional Capital Management, давно известный на крипторынке. Его подкаст входит в число самых популярных финансовых шоу в Северной Америке по числу слушателей.

Кроме того, мы полностью разберем текущий состав портфеля Энтони, эксклюзивно проследим политическую игру нового председателя Федеральной резервной системы Кевина Варша за кулисами решений по ставкам, а также детально объясним, почему в долгосрочном марафоне к следующему десятилетию «высокая волатильность» биткоина не является риском, а выступает его главным окончательным преимуществом.

Выжимка ключевых идей

Истинная логика коррекции MAG 7

• «Основная причина распродажи MAG 7 заключается в том, что по своей природе это активы с длинной дюрацией, поэтому они крайне чувствительны к инфляции».
• «Для компаний из MAG 7 эти проекты в сфере ИИ не взорвутся внезапно и не обнулятся».
• «Если инфляция замедлится в III и IV кварталах, мультипликаторы оценки MAG 7 весьма вероятно вновь расширятся».
• «Оценка Google сейчас дешевле, чем у Apple, но темпы роста выше. Почему так? Главная причина — опасения рынка относительно капитальных затрат на ИИ. Сейчас, наоборот, появляется отличная возможность приобрести одни из лучших компаний мира по более низкой оценке».
• «Многие инвесторы в стиле value продолжают отставать последние годы именно потому, что слишком цепляются за прошлые рамки для оценки современных компаний. Вы, конечно, должны уважать историю, но нельзя просто тыкать в старые данные и говорить: „Эти компании слишком дорогие“, повторяя это каждые 15 лет».
• «Скорее всего, компания сначала объявляет о планах потратить 10 млрд долларов на капитальные затраты в течение следующих двух лет, а в реальности тратит лишь 6 млрд. 6 млрд по-прежнему огромная сумма, но это на 40% меньше первоначальных ожиданий рынка. Сейчас рынок излишне зацикливается на траектории инфляции, и, думаю, это уже заложено в цены ошибочно».

Переоценка капитальных затрат на ИИ и ROI

• «На самом деле настоящая проблема сейчас кроется в стоимости токенов. Если пообщаться с группой генеральных директоров, все будут повторять одно и то же: мы потратили на токены слишком много денег, но совершенно не понимаем, где здесь ROI».
• «Все начинают двигаться к единой цели: получать тот же выходной результат, используя меньше токенов».
• «Что именно является узким местом, ограничивающим внедрение этой технологии? Электричество, центры обработки данных, чипы».
• «Пару дней назад я видел новость о компании, которая перевела рабочий график сотрудников с 1 часа ночи до 10 утра, и одна из причин заключалась в том, что, по их мнению, вызывать модель в этот период дешевле, нагрузка на систему ниже, а ответы точнее».

Инвестиционный подход: избегайте середины

• «Если обобщить подходы к инвестициям, на мой взгляд, есть два основных пути. Первый — покупка широких рыночных индексов. Инвестирование в индекс само по себе уже отличная стратегия. Второй путь — вложение в высоконесимметричные возможности. Худшее, что можно сделать, — это застрять в середине. Не стоит распределять капитал между компаниями среднего размера со средними темпами роста и посредственной динамикой доходности».
• «Две самые интересные технологии в мире сегодня — это Bitcoin и ИИ».
• «Я владею акциями Tesla. Я верю, что если Илон создаст монопольное положение в сфере humanoid-роботов и автономного вождения, это будет крайне ценно».
• «Как только он сможет наделить硬件 подобными способностями с помощью ИИ, машинного обучения и компьютерного зрения, он фактически займет точку входа в физический ИИ (embodied AI), что, я считаю, имеет колоссальную ценность».
• «В каких направлениях я хочу быть экспонирован? Я буду держать определенную долю наличных в долгосрок, а также Bitcoin».
• «Модель Anduril заключается в том, чтобы дать группе стартапов совершить технологические прорывы, а после их подтверждения компания переходит к поглощению этих дроностроительных фирм. Они отлично разбираются в M&A, имеют сильную команду бизнес-развития и могут быстро коммерциализировать приобретенные технологии. Другими словами, это платформа „покупка технологий и их монетизация“».

Реальный состав его портфеля

• «На приватном рынке я владею долями во многих программных ИИ-компаниях, таких как Replit, Lovable и Micro One, которые занимают сильные позиции в своих вертикалях; на публичном рынке я делаю ставку на физический ИИ и робототехнику».
• «Независимо от того, публичный или приватный рынок, программное или аппаратное обеспечение, у меня сформировано относительно полное экспонирование в сторону ИИ».
• «Я владею Tesla не из-за автомобилей, а потому что верю: если Илон захватит лидерство в humanoid-роботах и автономном вождении, это принесет огромную ценность».
• «В конечном итоге он объединит SpaceX и Tesla, и это, вероятно, произойдет до 2030 года. Как только это случится, он интегрирует все свои ключевые проекты в один гигантский комплекс».

Bitcoin вступает в новую стадию

• «Недовольство — это, по сути, диссонанс между ожиданиями и реальностью. Поэтому нельзя формировать нереалистичные ожидания по Bitcoin. Если вы поставите планку в 25–30%, а он покажет лучший результат, вы будете приятно удивлены».
• «Правительства продолжат печатать деньги, поэтому фундаментальная инвестиционная логика по Bitcoin не нарушена. Меняется лишь то, что он сейчас перешел на другой уровень конкуренции».
• «Раньше Bitcoin напоминал школьный баскетбол, где вы был одним из немногих выдающихся игроков на площадке. Сейчас это скорее университетский баскетбол. Игроки стали сильнее, разрыв сократился, но качество игры возросло».
• «Розничные инвесторы обычно более эмоциональны, институционалы — менее. Я знаю, что настроения в интернете плохие, но с точки зрения структуры рынка это вполне типично для процесса формирования дна».

Распродажа MAG 7 и капитальные затраты на ИИ

Энтони Помплиано:

Многие начинают паниковать из-за волатильности Bitcoin, но я считаю это полной ошибкой. Наоборот, мне нравится, когда то, чем я владею, проходит периоды непопулярности у рынка. Я не хочу держать активы, которые всегда находятся в тренде, потому что постоянная популярность означает излишнюю拥挤ненность, а доходность уже практически исчерпана арбитражем. Напротив, активы, которые циклично теряют привлекательность,往往 обладают большей несимметричностью и потенциалом будущей доходности, поэтому сама волатильность имеет решающее значение.

В сегодняшнем выпуске Джон возьмет у меня интервью. Мы поговорим о Кевине Варше, Федеральной резервной системе, инфляционных ожиданиях, ставках, спорах вокруг капитальных затрат на ИИ, MAG 7, индексе S&P 500, Bitcoin, SpaceX и многих других темах. Я также четко объясню свою инвестиционную рамку для публичных и частных рынков, а конкретно перечислю активы, которые уже распределил по своему портфелю.

Джон Помплиано: Давайте начнем с первой темы. Недавно наблюдалась распродажа акций MAG 7. Вы считаете, это переоценка стоимости или рынок начинает переосмысливать саму логику торгов в сфере ИИ?

Энтони Помплиано:

Я считаю, основная причина распродажи MAG 7 заключается в том, что по своей природе это активы с длинной дюрацией, поэтому они крайне чувствительны к инфляции. Ранее рынок опасался, что война в Иране толкнет цены на энергию вверх, а также опасался возврата инфляционного давления, в результате чего эти активы были первыми проданы.

Я уже дважды подчеркивал это в 2025 году.Во-первых, тарифы не приведут к устойчивой инфляции. Во-вторых, если война в Иране не превратится в многолетний затяжной конфликт, она вызовет лишь краткосрочный ценовой шок. Мы действительно видим это кратковременное повышение на энергорынках, но оно не перерастет в системную проблему инфляции. Более важный контекст заключается в том, что в экономике США действуют мощные структурные дефляционные силы.

Конечно, найдутся те, кто увидит возврат инфляции к отметке 3% и воскликнет: «Инфляция снова вышла из-под контроля!». Но я так не вижу. Многие потеряли понимание инфляции после предыдущего эпизода экстремального значения выше 9%, решив, что высокие показатели будут повторяться постоянно. Но если вернуться к истории, скачок инфляции свыше 9% за одну человеческую жизнь — это крайняя редкость. Если память мне не изменяет, последний раз американская инфляция превышала 9% еще в 1970-х годах, даже до моего рождения. То есть при моей жизни это было лишь однажды.

Такая высокая инфляция, безусловно, была серьезной, но и абсолютно понятной. Массовая печать денег и обнуление процентных ставок в США в 2020 году делали высокую инфляцию почти неизбежным результатом. Однако такое искусственное манипулирование принципиально отличается от ценовых колебаний, вызванных войной в Иране или тарифами.

Если посмотреть на MAG 7, сейчас рынок тревожит две вещи.Первое беспокойство: если инфляция продолжит расти, такие длинные и чувствительные к ставкам активы столкнутся со сжатием мультипликаторов, что приведет к снижению котировок. Логика здравая. Второе беспокойство: участники боятся, что капитальные затраты на ИИ слишком велики, опасаясь, что безудержные инвестиции в CapEx снизят свободный денежный поток, уменьшат будущие дивиденды акционерам и потребует пересмотра корпоративных оценок в меньшую сторону.

Но я полагаю, впереди нас ждут два события.Во-первых, инфляция окажется не такой серьезной, как думает рынок. Знаки уже видны. В последних инфляционных данных 60% прироста обеспечила энергетика, то есть рост цифр движут исключительно цены на энергоносители. Как только они опустятся, инфляция естественным образом пойдет вниз. Сегодня нефть уже опустилась ниже 80 долларов за баррель. Что вы сделаете, если цена вернется к 60 долларам? Я пока не готов на сто процентов заявить, что инфляция точно достигла пика, но приближаемся к этому максимально близко. Будь то абсолютный максимум или локальная вершина в майских и июньских данных, моя оценка такова:в III и IV кварталах инфляция будет ниже, чем во II. Если это предположение подтвердится, мультипликаторы оценки MAG 7 вновь начнут расширяться.

Что касается второй части про капитальные затраты на ИИ, здесь я выделяю два главных вопроса.Во-первых, существует ли в будущем спрос, который мы прогнозируем? Во-вторых, смогут ли эти инвестиции в конечном итоге окупиться? Если спрос реален, значит, окупаемость возможна, ведь в конце концов появятся пользователи, которые задействуют эту инфраструктуру. Есть ли спрос? Все очень просто: пользуетесь ли вы сегодня ИИ чаще, чем год назад? Разумеется, да.

Но недавно рынок и СМИ начали обсуждать другой аспект: насколько эффективно мы сейчас используем токены? Стоит ли промышленность тратить столько вычислительных мощностей и электричества на вызов моделей, чтобы получить результат? У меня самого это ощущение сильно выражено. Многие знают, что мы работаем над продуктом под названием CFO Sylvia. В процессе разработки мы столкнулись с реалией: стоимость растет. Поскольку пользователи самостоятельно генерируют запросы, без разумной системы управления токенами расход теоретически не ограничен.

На старте создания продукта команда сосредоточилась на том: «Главное — выпустить продукт». Но как только проект заработал,становится ясно, что главная проблема кроется в стоимости токенов. Что делать? Приходится повышать эффективность использования токенов.

Мы внедрили множество конкретных корректировок. Например, при обновлении страницы некоторые интерфейсы повторно обращались к модели, что было абсолютно излишним — мы это отключили, и расход токенов сразу обрушился. Некоторые функции периодически вызывали модель «для красоты», но именно они жрали основную часть лимита. Мы просто убрали эти фичи и посмотрели на реакцию пользователей. Никакого негатива, отказ произошел незаметно. Это дало дополнительную экономию токенов.

Позже мы перестроили архитектуру и начали тщательнее считать себестоимость в кэше. Я изначально думал, что это исключительно наша внутренняя проблема, и решил разобраться со своим бизнесом. Но потом я поболтал с группой генеральных директоров и выяснил, что все говорят одно и то же: мы потратили на токены слишком много денег, но совершенно не понимаем, где здесь ROI.

Поэтому все начали двигаться к единой цели:получать тот же выходной результат, используя меньше токенов. Именно поэтому я неоднократно писал в Twitter, что этап внутреннего соревнования «кто больше использует токенов» и создание таких рейтингов среди отделов не продлится долго. Мир в конечном итоге вернется к эффективности, результативности и ROI — показателям, которые реально отражают хозяйственную деятельность.

Именно в этом аспекте я вижу главный плюс для частных компаний вроде OpenAI, Anthropic и Grok. Вы заметите, что клиенты вроде CFO Sylvia или любые другие корпорации требуют: «Хочу тратить меньше токенов, но получать тот же результат». С одной стороны, каждый отдельный клиент становится эффективнее; с другой — общий доступный рынок (TAM) расширяется, темпы внедрения растут, следовательно, совокупная выручка этих компаний по-прежнему может оставаться колоссальной. Для меня это сигнал, что продукт наконец нашел product-market fit.Пока открытые модели не вытеснили их полностью, эти компании сейчас ведут очень выгодный бизнес.

Следующий вопрос сводится к главному: какой фактор лимитирует массовое внедрение этой технологии?Электричество, центры обработки данных, чипы. Оказывается, ограничения лежат именно там.Пару дней назад я видел новость о компании, которая перевела рабочий график сотрудников с 1 часа ночи до 10 утра, и одна из причин заключалась в том, что, по их мнению, вызывать модель в этот период дешевле, нагрузка на систему ниже, а ответы точнее. Я не думаю, что большинство фирм пойдут на такой шаг, но это явно свидетельствует о том, что люди всерьез задумались об эффективности вызова моделей.

Если спрос на эту технологию остается стабильным, это означает, что нынешних центров обработки данных, электроэнергии и чипов недостаточно, а значит, конкурентная борьба за ресурсы в данном направлении продолжится.

Таким образом, те, кто беспокоится об окупаемости капитальных затрат на ИИ, могут справедливо задать долгосрочный вопрос: не приведет ли это к избыточному строительству? Да, это возможно. Любой цикл рано или поздно сталкивается с переинвестированием, это историческая закономерность, ее сложно контролировать в деталях. Но в краткосрочной перспективе я категорически не вижу этой проблемы. Напротив, я наблюдаю высокий спрос на ПО, потребность в специализированных рабочих процессах, растущий запрос на дата-центры, электричество и чипы. Запрос настолько огромен, что уже появились компании, обсуждающие строительство орбитальных дата-центров.

Поэтому моя позиция: нынешняя тревожность рынка слегка смещена в неверную плоскость. Особенно в контексте MAG 7. Раньше все пристально смотрели на то, «сколько компаний планируют потратить», но планы — это не реальные расходы. Как запланированная выручка не равняется признанной выручке, так и плановый CapEx не равен финальным затратам.

Вероятнее всего, компания сначала озвучивает план потратить 10 млрд долларов на капитальные затраты за следующие два года, а итоговые затраты оказываются на уровне 6 млрд. 6 млрд по-прежнему огромная сумма, но это на 40% ниже первоначальных опасений рынка. Сейчас рынок чрезмерно концентрируется на траектории инфляции, и, мне кажется, это уже заложено в котировки ошибочно. Важнее то, что все чересчур доверяют ориентирам по капитальным затратам в сфере ИИ. На мой взгляд, итоговая сумма фактически потраченных средств, вероятнее всего, окажется меньше масштабов, которых боится рынок сегодня.

Если теперь взглянуть на конкретные компании из MAG 7. Возьмем Google: акции недавно подешевели, что выглядит интересно. Текущая оценка Google дешевле, чем у Apple, но темпы роста выше. Почему так? Главная причина — опасения рынка относительно капитальных затрат на ИИ. Если объективно оценить данные и фундаментальные показатели компаний, я считаю, сейчас появляется отличная возможность купить одни из лучших предприятий мира по более низкой оценке.

Если посмотреть на коэффициенты Price-to-Earnings и другие метрики, за последние годы они заметно снизились. Многие предприятия сейчас торгуются в диапазонах, которые для значительной доли инвесторов уже перестали казаться завышенными. При условии, что капитальные затраты на ИИ не превратятся в реальную проблему, эти компании представляют отличный объект для размещения капитала.

Поэтому нужно сохранять хладнокровие и не поддаваться панике.По крайней мере для MAG 7 эти ИИ-проекты не взорвутся внезапно и не обнулятся. Более того, вы должны задать себе вопрос:произошли ли фундаментальные изменения в компаниях сегодня по сравнению с тремя неделями назад? MAG 7 за прошлый год выросли на 18%. Если смотреть только на заголовки новостей, об этом никак не узнаешь. Медиа создают ощущение, будто история MAG 7 закончилась, будто вся логика рухнула. Действительно, с начала года они значительно отстали: индекс S&P 500 вырос на 9%, остальные 493 компонента прибавили примерно 13%, а MAG 7 либо показали нулевую динамику, либо немного упали. Со стороны создается впечатление, что «MAG 7 умерли».

Но если долгосрочная ценность MAG 7 никуда не делась, разве не стоит проявить еще больший интерес? Остальные акции уже окрепли, а крупные корпорации последние полгода практически не двигались в оценке. Фактически вы получаете возможность купить те же самые предприятия по цене полугодовой давности, получив дополнительно шесть месяцев подтверждения роста прибыли и выручки. Это именно та возможность, которую MAG 7 предлагают прямо сейчас.

Конечно, это не значит, что я соберусь вкладывать весь портфель исключительно в MAG 7. Совсем нет. Но если вы ценностный инвестор, предпочитаете крупную техно-капитализацию или следуете индексной стратегии, мне совершенно нечего беспокоиться по поводу MAG 7. Наоборот, я считаю, что их привлекательность только растет.

Еще мне кажется, что многие опасения проистекают из банального скуки. Мы находимся в рамках бычьего цикла поколенческого масштаба. Многим не хватает новых сюжетов, поэтому они начинают выдумывать проблемы, бесконечно просчитывая различные сценарии неудач. Подход к управлению рисками допускает подобное мышление, но я предпочитаю фокусироваться на уже существующих, проверенных проблемах, вместо того чтобы ежедневно гадать: «А вдруг пойдет дождь, белка пробежит или упадет желтый лист?». Капитальные затраты на ИИ сегодня — это не реализовавшаяся угроза. Возможно, она станет проблемой в будущем, но сейчас это не так.

Джон Помплиано: Если это сейчас не проблема, как тогда измерять успех или провал? Через прирост пользовательской базы, выручки, маржинальности или свободного денежного потока? Какие критерии компаниям использовать, чтобы понять: «Целесообразно ли тратить эти капиталовложения на ИИ?»

Энтони Помплиано:

Оставим пока в стороне капитальные затраты на ИИ и опираться на более базовый факт: маржинальность прибыли корпораций в S&P 500 выросла на 58% с 2011 года. То есть за более чем десятилетие качество их заработка кардинально улучшилось. Им理应 платить более высокую оценку, поскольку они превратились в лучшие компании.

Многие игнорируют глобальный переход эпохи,мир бизнеса эволюционировал от аналоговой эры к цифровой. Эти компании владеют интеллектуальной собственностью, продают цифровые продукты, работают с большей эффективностью и оперируют более качественными моделями бизнеса, поэтому их корпоративная стоимость объективно должна быть выше.

Но многие все равно пугают себя историческими сравнениями, постоянно твердя: «Посмотрите на исторические диапазоны», «Сравнивайте с дотком-пузырем». В эпоху пузыря доткомов, чтобы добраться из одного конца города в другой, приходилось распечатывать маршруты MapQuest на бумаге. Это был мир без iPhone и без ИИ. Сравнивать оценки 2026 года с показателями 1992 года изначально некорректно.

Недавно я посидел в офисе San Francisco с инженерами проекта Sylvia. Я озвучил задачу, и они моментально отправили запрос в Claude. Инженеры прекрасно знают базовую архитектуру, базы данных, файловые системы и понимают, как чинить поломки, но по факту они словно получили волшебную палочку. Этот мир совершенно не похож на прежний.

Именно поэтому я сказал, чтомногие инвесторы в стиле value продолжают отставать последние годы именно потому, что слишком цепляются за прошлые рамки для оценки современных компаний. Вы, конечно, должны уважать историю, но нельзя просто тыкать в старые данные и говорить: «Эти компании слишком дорогие», повторяя это каждые 15 лет.

Встает вопрос: ждать, пока рынок某天 не обрушится на 20%, чтобы затем выйти с фразой «Я же предупреждал, что это переоценка», или просто присоединиться к этому бычьему циклу поколения? Мои наблюдения показывают, что лучшие мировые инвесторы уже участвуют в нем. Будь то Уоррен Баффетт или любой другой топ-управляющий, все осознают, что речь идет о реальных предприятиях, решающих задачи, зарабатывающих и продолжающих расти, поэтому капитал сюда направлять целесообразно.

Метрика успеха проста: генерируют ли компании устойчивую прибыль? Да, генерируют, причем щедро. Вот почему они стоят того. Люди сегодня часто беспокоятся о свободном денежном потоке, но не забывайте: маржинальность прибыли в S&P 500 выросла на 58% с 2011 года. Будет ли она расти дальше? Думаю, да, со стопроцентной уверенностью. Эти компании становятся лучше с каждым годом, как хорошее вино — ценнее со временем.

Так что вместо того, чтобы критиковать со стороны, признайте, что эти корпорации непрерывно эволюционируют. Нет нужды день за днем осуждать Марка Цукерберга, Джеффа Безоса, Энди Джаси или Сергея, утверждая, что они все делают неправильно. Реальность в том, что они сделали очень многое правильно.

Крупные капитализации и несимметричные возможности

Джон Помплиано: Отличное объяснение. Когда вы смотрите на компании MAG 7, я думаю, большинство инвесторов默认相信, что через 10 лет они大概率 будут стоить дороже, чем сегодня. Но на практике на рынке есть крипторынок и масса других направлений. Как вы выстраиваете баланс между краткосрочными и долгосрочными позициями?

Энтони Помплиано:

Мне мало важно краткосрочные колебания. «Краткосрок» для меня — это не дни и не недели. Я вообще редко смотрю на графики по месяцам. Мне комфортнее покупать актив и договариваться с собой, что держу его 10 лет. Таков мой базовый временной горизонт.

В этих рамках я предпочитаю фокусировать основное внимание на одном: как генерировать больше капитала и наращивать доступные средства. Пока я владею активом и готов держать его долгосрок, я продолжаю зарабатывать. Получив новый капитал, решаю, направить ли его в новые возможности.

Разумеется, это не означает, что я буквально держу каждый актив ровно 10 лет без изменений. Если базовая инвестиция нарушена или исходные допущения пересмотрены, я корректирую портфель. Но в целом частота моих сделок низкая.

Если обобщить подходы, на мой взгляд, есть два основных пути.Первый — покупка широких рыночных индексов. Точные цифры я сейчас не вспомню, но помню, что годовая доходность Nasdaq за последнее десятилетие составляла около 18%, возможно и больше. Это впечатляющий показатель. Очень немногие способны стабильно обгонять актив, обеспечивающий сложный процент 18–20% на протяжении нескольких десятилетий. Следовательно,инвестирование в широкий индекс само по себе отличная стратегия. Второй путь — вложение в высоконесимметричные возможности.

Худшее, что можно сделать, — это застрять в середине. Не стоит распределять капитал между компаниями среднего размера со средними темпами роста и посредственной динамикой доходности. Потому что такие инструменты лишены既 cash flow, прочности и жизнеспособности бизнеса крупных лидеров, и не обладают несимметричным потенциалом от хрупкости к резкому взлету, свойственным маленьким спекулятивным идеям.

Поэтомуя люблю стратегию «гантели» (барбелл) и избегать середины. Для меня,две самые интересные технологии в мире сегодня — это Bitcoin и ИИ. Конечно, обе проникают в множество смежных секторов. Например, в финансах вы видите, как Bitcoin все чаще внедряется в структуру продуктов. BlackRock даже разместил прямую ссылку на IBIT ETF и сопутствующие продукты на главной странице сайта, что стало одним из наиболее очевидных сигналов массового принятия.

Теперь посмотрим на ИИ. Возьмем SpaceX: компания провела крупнейшее в истории IPO, набрав невероятную популярность. Что такое SpaceX на самом деле? Аэрокосмическая фирма? ИИ-стартап? Или нечто иное?

Разумеется, можно утверждать, что она монополизировала рынок космических запусков, что невероятно ценно. Можно вспомнить Starlink, транслирующий интернет с орбиты, что тоже приносит миллионы. Можно сослаться на нарратив об орбитальных дата-центрах. Но если открыть материалы дорожной презентации IPO, там есть слайд с расчетом общего доступного рынка (TAM). Помимо традиционных запусков ракет и спутникового интернета, они включили корпоративный ИИ, заняв подавляющую долю объема. Точные цифры я не помню, но корпоративный ИИ составлял абсолютную базу TAM. Другими словами, SpaceX — это тоже ИИ-компания. Именно поэтому рынок оценил её столь щедро.

Позже компания реализовала или активно推進ровала соглашение о приобретении Cursor, запустила xAI и заключила несколько новых контрактов. По моим данным, за последние три недели было подписано минимум три сделки, каждая из которых обеспечивает ежемесячную выручку на уровне сотен миллионов долларов в сфере вычислений. В результате у фирмы внезапно появилась вычислительная линия, которой не существовало два года назад, и она уже работает с уровнем дохода, сопоставимым с миллиардами долларов.

Это возвращает нас к вопросу ROI по капитальным затратам на ИИ. Имеют ли эти вложения ценность для xAI и SpaceX? Несомненно. Поэтому, рассматривая портфель, я спрашиваю себя:в каких направлениях я хочу быть экспонирован? Я буду держать определенную долю наличных в долгосрок, а также Bitcoin. Кроме того, я стремлюсь быть вовлеченным туда, где действительно происходят рост и инновации. А на мой взгляд, эти зоны неразрывно связаны с искусственным интеллектом.

Это не означает, что можно играть только в софт. Железо, электроэнергия и инфраструктура играют колоссальную роль.Например, я владею акциями Tesla. Почему? Потому что верю: если Илон захватит лидерство в humanoid-роботах и автономном вождении, это будет крайне ценно. Еще я убежден, что он в конечном итоге объединит SpaceX и Tesla, и это, вероятно, произойдет до 2030 года. Как только это случится, он интегрирует все свои ключевые проекты в один гигантский комплекс. Фундамент этого комплекса — придание hardware способности «видеть» и «мыслить». Как только он сможет наделить hardware подобными возможностями с помощью ИИ, машинного обучения и computer vision, он фактически займет точку входа в embodied AI, что, я считаю, обладает колоссальной ценностью.

Я также владею публичным закрытым фондом Robbo Strategy, который аккумулирует экспозицию на приватных робототехнических компаниях. Почему меня это заинтересовало? Он позволяет теме «physical AI + робототехника» стать доступным инструментом для Allocation в публичном рынке. Tesla дает мне открытую экспозицию, Robbo Strategy добавляет ликвидности на приватные роботизированные активы. Вместе они формируют системную ставку на physical AI и робототехнику. Я считаю это грандиозной возможностью.

Масаёси Сон недавно заявил, что Physical AI — это следующий триллионный рынок. Посмотрев на разрабатываемые сейчас технологии и приложения, я склонен согласиться с этим выводом.

Еще один невероятно интересный вектор — оборонные технологии и их интеграция с другими направлениями. Например, я открыто заявлял о своей позиции в акциях Anduril. Бизнес-модель Anduril особая. Главное в беспилотной отрасли — команды, создающие настоящие технологические прорывы, зачастую плохо умеют монетизировать свое творение и масштабировать фирму.Модель Anduril заключается в том, чтобы дать группе стартапов совершить технологические прорывы, а после их подтверждения компания переходит к поглощению этих дроностроительных фирм. Они отлично разбираются в M&A, имеют сильную команду бизнес-развития и могут быстро коммерциализировать приобретенные технологии. Другими словами, это платформа «покупка технологий и их монетизация». А я ценю её именно за то, что она вписывается в ту же тему: оборона, ИИ, робототехника, ML — все навыки упакованы в дроны. Причем они продвигаются не только aerial платформы, но и наземные, и морские носители.

Как видите, в моем портфеле проходит четкая мысль. На приватном рынке я владею долями во многих программных ИИ-компаниях, таких как Replit, Lovable и Micro One, которые занимают сильные позиции в своих вертикалях; на публичном рынке я делаю ставку на physical AI и робототехнику. Таким образом, независимо от того, public или private markets, software или hardware, у меня сформировано relatively полное exposure на ИИ.

Разумеется, Bitcoin остается одним из моих столпов веры. Я считаю, что он продолжит функционировать противовесом неконтролируемой печати денег федеральным правительством, искажениям монетарной политики и спаду fiscal discipline. Пока эта логика жива, госдолг США будет расширяться, доллар продолжит размываться, а в долгосроке Bitcoin будет демонстрировать превосходные результаты.

Те, кто паникует из-за волатильности Bitcoin, ошибаются. Мне нравится, когда мои активы проходят фазы непопулярности. Я не хочу держать вечные трендовые инструменты, потому что перегретость означает, что премия уже распределена. Напротив, активы, проходящие циклы любви и неприязни рынком, часто обладают большим потенциалом. Поэтому волатильность для меня не дефект, а преднамеренная характеристика.

Посмотрите на Tesla, Robbo Strategy, Anduril и Bitcoin, о которых я упомянул. По сравнению с пассивным хранением акций Walmart они, конечно, нестабильнее. Но это именно то, что я ищу,мне нужна тематическая волатильность, которую я комбинирую в портфель, ставя на ключевой макротренд одновременно в public и private пространствах.

Экспозиции в ИИ через SpaceX и структура портфеля

Джон Помплиано: Ваши конфигурации ориентированы скорее на consumer-side или вы делаете акцент на infrastructure-стороны, типа «продажи лопаток»?

Энтони Помплиано:

Возьмем Tesla. Многие воспринимают ее как потребительскую компанию, производящую автономные автомобили и роботов. Но на мой взгляд, в определенной степени она скорее напоминает «продавца лопаток».

Почему так? Потому что реальная ценность Tesla кроется не в hardware. Железо — лишь канал для monetization ценности. Глубинная суть лежит в computer vision, machine learning, ИИ-моделях, реальных мировых данных, а также в умении компоновать модели и данные в рабочие процессы, которыми управляет железо.

Если смотреть с этой точки зрения, она уже очень близка к слою инфраструктуры, потому что вы по сути владеете самой вычислительной способностью модели. Именно поэтому OpenAI и Anthropic интегрируются в такое количество продуктов.

Когда упоминают «продажу лопаток», люди обычно представляют себе более традиционную, глубокую основу, реже включая «модели». Но проблема в том, какая доля доходов от моделей происходит не из чистых consumer-scenarios? Огромная. Поэтому в моих глазах Tesla — это seller shovels, лишь присутствие direct consumer transactions вводит в заблуждение, принуждая классифицировать её как розничный бренд. Я так не смотрю.

Кевин Варш и Федеральная резервная система

Джон Помплиано: Переключимся на Кевина Варша. Думаете, будет снижение ставки в этом году? Прогнозные рынки пока склоняются к выжиданию на ближайших заседаниях.

Энтони Помплиано:

Тогда применим первый принцип.Для снижения ставки необходимо выполнение минимум трех условий. Первое: инфляция должна уйти ниже. Второе: сам председатель Федеральной резервной системы должен верить, что ставки должны быть ниже. Третье: экономика должна выдержать понижение ставок.

Эти три элемента взаимосвязаны. Снижение инфляции обычно сигнализирует, что экономика способна выдержать дешевые деньги. А если инфляция охлаждается и экономика справляется, нужен человек с суждением и решимостью нажать кнопку.

Моя оценка: какое-то время в 2026 году мы увидим снижение ставки. Я знаю, есть мнение, что возможен даже hike, но это возвращает нас к моему центральному тезису: инфляция не будет такой высокой и не продержится долго, как ожидают и боятся участники.

Здесь важно разделение. Я не считаю, что США станут «дешевыми», но различаю «affordability» и «инфляцию». Инфляция — это макроэкономический термин, волнующий банкиров и профессиональных трейдеров. Affordability — это то, что волнует обычного гражданина. Обычному человеку плевать, ускоряются цены на 2% или 3%. Ему важно ходить в супермаркет, видеть счет и думать: «Моих денег катастрофически не хватает, жить всё тяжелее».

Нельзя сказать простому человеку: «За последние пять лет покупательная способность доллара упала на 30%», а затем успокоить: «Но зато инфляция составляет 2%». Инвесторы и регуляторы обрадуются (инфляция под контролем, экономика хороша, ставки скоро снизят). Но обычному жителю важен affordability, а не академический definition inflation.

Вернемся к вопросу «проблема ли инфляция?». Я говорю — нет. Далее, «справится ли экономика США с более мягкими деньгами?». Да. Причина проста: американский потребитель демонстрирует невероятную resilience, розничные продажи крепкие, рынки акций растут, семейные богатства расширяются. Конечно, реальные зарплаты испытывали давление, требующее восстановления. Но это восстановление естественно произойдет по мере смягчения цен на энергию и завершения войны в Иране.

Если к третьему кварталу цифры инфляции действительно двинутся вниз, Кевин Варш — тот, кто готов оперативно среагировать. Он не единственный голос, решение принимает FOMC, но моя оценка: стоит инфляционным данным начать нисходящий тренд, они нажмут на газ, предоставив единичное снижение.

Я не жду агрессивного цикла из трех шагов, но однократное снижение вполне вероятно. Это更像是 послание рынку: мы готовы действовать.

Что изменит мою картину? Если инфляция останется sticky на высоких уровнях, или экономика резко ухудшится — я скорректирую прогноз. Признаков я не вижу. Поэтому считаю, что до конца года снижение в той или иной форме крайне вероятно. Odds на прогнозных рынках пересмотрятся вслед за данными.

Конечно, если ставка останется на месте, я не считаю это плохим исходом. Текущий level ставок не наносит существенного ущерба экономике США. Но если в таком контексте еще и повысить ставку, это преждевременно, неразумно и создаст массу новых проблем. Моя позиция: я выступаю за easing, но hold приемлем. rough estimate: я даю 60% вероятности снижению ставки до конца года.

Джон Помплиано:

Как вы оцениваете его текущую риторику: он хочет продемонстрировать action или предпочтет подождать месяцы, изучить данные? Интересно, что одни и те же данные разные люди трактуют по-разному. Например, глядя на defaults по кредиткам, можно подумать, что потребитель совсем слаб.

Энтони Помплиано:

Это проблема credit cards, а не потребителей, различие здесь ключевое.

Джон Помплиано:

Если память не изменяет, средняя ставка по кредитным картам в США уже приблизилась к 23%.

Энтони Помплиано:

Если вы ежемесячно не гасите остаток по карте, вас быстро задавят процентами из-за exorbitant rate. Так действительно ли «потребители слабеют»?未必. Потребительские расходы в США по-прежнему невероятно strong.

Некоторые утверждают: высокие defaults по кредиткам — знак проблем потребления. Я не согласен. Можно спросить иначе: если бы ставки составляли 5%, defaulted rate оставалась бы такой же? Вероятно, нет.

Я также не поддерживаю government intervention для жесткого cap по ставкам карт. Жесткое регулирование заставляет кредитные дома сокращать lending limits. Для них rate >20% — математический результат risk pricing models. Они просто тарифицируют кредит согласно своим формулам.

Но к Варшу. Если внимательно прочесть его брифинг, заявления и выступления после meetings, я опишу его действия как «экономический маневр». Что это значит? Он не тронул процентную ставку, официально сообщив about status quo, но фактически реконструирует работу всей Fed.

Он формирует task force, меняет metrics inflation assessment, явно заявляет о несогласии с предыдущими подходами и решает отказаться от forward guidance. Не недооценивайте эти шаги. Даже если Джером Пауэлл сделал бы что-то одно, это гарантировало бы headline news на несколько дней подряд. Представьте, если Пауэлл скажет: «Мы прекращаем давать forward guidance» — рынок сошел бы с ума.

Но сейчас, ввиду leadership transition, новый человек закономерно имеет пространство для change. Варш действует в рамках不動ставки, что заменяет room для structural reform. Если бы он сразу снизил ставку, ему вряд ли удалось бы параллельно провести эти изменения.

Поэтому его выбор с коллегами: не трогать cost of money, подождать данных, отложить decision, но внутри полномочий изменить всё возможное. Он строит foundation, формирует culture, среду, и я уверен, проводит人事 optimization, чтобы на ключевых постах оказались те, кого он считает наиболее подходящими regulators US monetary policy.

Кстати, честно говоря, я не считаю, что он говорит что-то экстраординарное. Некоторые не любят и возражают, но логически всё сходится. Например, он предлагает использовать metrics, unaffected by short-term price spikes. Нельзя постоянно пытаться predict future, иначе собственные guidance станут cage. Для меня это звучит здраво.

В общем, его opening moves сильные. Если по 10-балльной шкале, дам 8 или 8.5 баллов. Не идеально, но далеко не minimum passing grade. Примерно B+.

Bitcoin следующие 10 лет

Джон Помплиано: Закончим биткоином. Ваш bear case и bull case на горизонте 10 лет?

Энтони Помплиано:

Питер Шифф recently публично признал в национальном телеэфире, что больше не верит в zero probability Bitcoin. Можно считать его «последним стойким сторонником thesis about zero». Если даже он замолчал, большинство приняло факт:сценарий полного обнуления Bitcoin крайне маловероятен.

Будет ли глубокая коррекция? Будет, абсолютно. Но последняя важнейшая wall для Bitcoin пробита institutional adoption. Эта гравитационная ступень пройдена, восприятие меняется.

Раньше многие любили Bitcoin за блеск, несимметричность, extreme volatility — настоящий asset эпохи ковбоев. Сейчас картина другая. Поэтому друзья рядом покупают Bitcoin менее агрессивно: «Сколь % годовой доходности? Может 30%? Зачем мне, если есть инструменты потенциально выше yield».

При этом institutional players say opposite: «Этот инструмент способен давать +30% годовых на протяжении 10 лет и уже выглядит mature? Меня это интересует». Degree of volatility壓縮 from historical ~80 down to current ~35–40 делает asset более compatible с large capital pools.

С точки зрения upside сценария, вы больше не увидите 10x–20x supercycles, но получите compounding growth machine. Base case: annualized return 25%–30% over next decade. Уже less crazy than history, но все еще significantly outperforms most equity benchmarks.

Подумайте: сколько людей способны sustain 25–30% annually на протяжении 10 лет? Единицы. Поэтому я ожидаю strong performance.

Но я постоянно напоминaю: недовольство — это, по сути, диссонанс между ожиданиями и реальностью. Поэтому нельзя формировать нереалистичные ожидания по Bitcoin. Если вы поставите планку в 25–30%, а он покажет лучший результат, вы будете приятно удивлены; а если надеетесь на ежегодные +100%, вы заранее программируете разочарование.

Суть в рациональных expectations. Я уверен, он продолжит показывать хорошие результаты, нарастит adoption, медленно и методично поползет вверх.Правительства продолжат печатать деньги, фундаментальная инвестиционная логика по Bitcoin не нарушена. Меняется лишь то, что он сейчас перешел на другой уровень конкуренции.

Раньше Bitcoin напоминал школьный баскетбол, где вы был одним из немногих выдающихся игроков на площадке. Сейчас это скорее университетский баскетбол. Игроки стали сильнее, разрыв сократился, но качество игры возросло. В дальнейшей перспективе он войдет в NBA — эру sovereign wealth funds. Мы еще не там, но сейчас уже похоже на топ university leagues, вроде матчей Duke.

Джон Помплиано: Вы ощущаете, что этот bear cycle отличается от 2022 года? По субъективным ощущениям retail sentiment хуже, а institutional enthusiasm могла вырасти выше прошлого.

Энтони Помплиано:

В интернет-среде настроены по Bitcoin действительно bleak.

Джон Помплиано:

Возможно, дело в том, что раньше мы жили в Майами, а теперь в Нью-Йорке — geography влияет на perception. Но я точно чувствую отличие.

Энтони Помплиано:

Retail sentiment online сейчас отрицательный. Я вижу старых знакомых, обвиняющих друг друга, бросающих громкие фразы, некоторые ломаются и уходят с рынка. В institutional space этого практически нет.

Они не necessarily inject more capital right into Bitcoin, но их behavior намного calmer и structured. Комитеты по инвестициям, risk management, data-driven processes. Универсальный вывод:розничные инвесторы обычно более эмоциональны, институционалы — менее. Хотя внутри institutions все еще люди и эмоции возможны, степень выраженности иная.

Поэтому я описываю现状 так: retail онлайн pessimistic, но institutional outlook вполне healthy. Институционалы не в euphoria, bubble nowhere. Они продолжают строить tech, launch crypto funds, develop custody solutions, acquire相关 teams.

Franklin Templeton recently сделал ход. OKX и ICE запустили совместные продукты. Дела двигаются.

Когда кто-то говорит «инвесторы dejected», они обычно используют internet chatter как proxy. Рынок больше не состоит только из digital слоя. Раньше почти все происходило online, достаточно было的气氛判断 daily bias. Теперь это невозможно, так как внутри появился entire new cohort.

Сегодня market structure likely 50/50. Половина влияния/информации онлайн, половина перетекла в институциональные коридоры. Помните, раньше ratio было 100/0, инсты пустовали. Через 10 лет станет 80/20 или 90/10? Абсолютно вероятно.

Это доказывает rising importance institutions, control greater capital; отдельные retail investors сдаются, выходят, rotate elsewhere.

Я знаю о плохом sentiment в сети и не люблю, как друзья спорят, но со structural standpoint это стандартная фаза bottom formation. Достигли дна? Не знаю. Но мы уже существенно просели, признаки указывают, дно близко или уже обозначилось. Дальнейшая trajectory зависит от market mechanics.