
Интервью с генеральным директором Hyperliquid Strategies: IPO SpaceX может подтолкнуть Hyperliquid к новому историческому максимуму
Подготовка и перевод: TechFlow

Гость: Дэвид Шамис (генеральный директор Hyperliquid Strategies)
Ведущий: Зак Гузман
Оригинальное название: IPO SpaceX может ещё больше поднять котировки Hyperliquid
Источник подкаста: Coinage
Дата выпуска: 26 мая 2026 г.
Редакционное вступление
В этом эпизоде подкаста мы пригласили Дэвида Шамиса, генерального директора Hyperliquid Strategies — управляющего компании казначейства HYPE (DAT), а также инвестора, пришедшего из мира частного капитала и традиционных финансов. Поэтому его взгляд на Hyperliquid выходит за рамки «нарратива о цене токена»: он анализирует доходы, объём открытых позиций, объём торгов, мультипликаторы стоимости и размер доступного рынка.
Касаясь предстоящего IPO SpaceX, он высказывает резкую и провокационную оценку: если рыночные цены на блокчейне уже формируются в реальных торговых операциях, то «взлёт» акций в первый день традиционного IPO — это не просто зрелищное событие, а прямая передача реальных денежных средств от эмитента покупателям.
Ключевые цитаты
Прорывный момент Hyperliquid: от криптобиржи к глобальному рынку на блокчейне
- «По-настоящему прорывным моментом стали серебро, нефть, а теперь — эти IPO. Это доказывает, что реальные активы действительно массово переводятся на блокчейн, и речь идёт не о пустых обещаниях — всё уже происходит на практике».
- «Когда Трамп в пятницу днём нанёс удар по Ирану, традиционные нефтяные рынки полностью приостановили работу — на целых 48 часов. В этот период Hyperliquid оставалась единственной площадкой, где можно было торговать нефтью».
- «Сегодня рынок движется не только надеждами на «великое будущее», но и реальными цифрами: доходами Hyperliquid, объёмом открытых позиций и объёмом торгов — и эти показатели действительно растут».
От централизованных бирж (CEX) к децентрализованным (DEX): растущая популярность, но институты пока не вошли в игру
- «Каждый день DEX становится всё более приемлемой и широко используемой платформой; однако если спросить, кто сегодня торгует на Trade.xyz (платформе с контрактами на различные активы, построенной на базе Hyperliquid), ответ будет — пока не крупные американские институты».
- «Сегодня на Hyperliquid торгуют преимущественно розничные инвесторы, пользователи вне США и люди, хорошо знакомые с криптовалютами. Это говорит о том, что путь вперёд ещё очень долгий».
«Взлёт» при традиционном IPO — это фактическая уступка продавца
- «Так называемый “взлёт” акций в первый день IPO — это буквально передача денег от продавца покупателю. Я не считаю, что миру нужен такой механизм».
- «Если у нас уже есть реальные деньги, торгающиеся на этих активах, и реально существующий рынок, то утверждать, что до IPO невозможно достичь значимого ценообразования, — явная абсурдность».
- «Взгляните на IPO Cerebras (компании по производству чипов для ИИ): Hyperliquid прекрасно предсказала, на каком уровне акции будут торговаться после выхода на биржу. Нет оснований полагать, что с SpaceX произойдёт иначе».
CME/ICE пока не теряют объёмы, но уже видят угрозу
- «Я не думаю, что Hyperliquid отбирает у CME (Чикагской товарной биржи) значительные объёмы торгов — профили их пользователей пока сильно различаются; однако CME не станет комментировать ситуацию без причины — они, разумеется, видят потенциальную угрозу».
- «США — огромный рынок, и то, как развивается регулирование и политика в США, во многом задаёт вектор для остального мира. Поэтому наличие представительства Hyperliquid в Вашингтоне крайне важно».
HYPE DAT и управление капиталом
- «ETF позволяют входить и выходить по чистой стоимости активов (NAV), не беспокоясь о премии или дисконте к рыночной стоимости активов (mNAV); однако многие ETF не могут стейкать 100 % токенов и не имеют возможности реализовывать другие источники дохода».
- «Я категорически не принадлежу к лагерю тех, кто “никогда не продаст HYPE”. Моя первоочередная обязанность — отвечать перед акционерами. Если однажды mNAV значительно опустится ниже единицы, а наличные исчерпаются, мы, разумеется, продадим HYPE для обратного выкупа акций».
- «Мне трудно понять логику привлечения заемных средств с выплатой процентов в долларах для покупки биткоина, который не приносит стейкинг-дохода: соответствие денежных потоков здесь неочевидно».
Больше всего возможностей — у опционов и страхования
- «Если вы хотите быстро обрести оптимизм, достаточно взглянуть на TAM (общий доступный рынок) — цифры просто колоссальны. Сегодня на блокчейн переведены лишь ничтожные доли всех реальных активов».
- «HIP-4 (концепция рынков с фиксированной датой завершения и результатом торгов на Hyperliquid) интересна не только как инструмент для прогнозных рынков, но и как основа для опционов. А дальше — страхование, которое, как и опционы и прогнозные рынки, имеет дату окончания, условия и выплаты».
- «Я не утверждаю, что в ближайшие 12 месяцев все страховые продукты, опционы, акции и облигации будут торговаться исключительно на Hyperliquid, но здесь очевидно огромное пространство для роста».
Управление компанией: даже в благоприятные времена нужно контролировать издержки
- «Когда цена токена растёт, всё кажется интереснее; но рынок цикличен, поэтому с самого начала мы решили сохранять компанию максимально лёгкой».
- «Сейчас Hyperliquid Strategies состоит всего из четырёх человек, включая меня. Мы будем расширяться, но не быстро и не агрессивно: преждевременное наращивание базы издержек — типичная ошибка многих компаний».
Ключевые факторы недавнего рекордного роста Hyperliquid
Зак Гузман: IPO SpaceX уже на пороге — это может стать историческим IPO объёмом в 2 трлн долларов. Утверждать, что до IPO невозможно формирование реального ценообразования или что такое ценообразование бессмысленно, — явная абсурдность. Однако и это лишь верхушка айсберга потенциального рынка.
Добро пожаловать в новый выпуск подкаста Coinage — медиа-проекта, посвящённого пересечению крипто- и традиционных финансов. Я — Зак Гузман, и сегодня я обращаюсь к вам из студии в Бруклине, штат Нью-Йорк. Мы следим за тем, как Hyperliquid продолжает доминировать в рыночных нарративах в 2026 году и стремится к новым историческим максимумам.
Обратите внимание на этот график. Как известно, биткоин в этом году остаётся в минусе, тогда как HYPE (родной токен Hyperliquid) вырос примерно на 150 %. Как уже упоминалось, его текущая цена превысила 63 доллара за единицу. Что ещё важнее — этот нарратив вышел далеко за пределы крипторынка. С учётом множества IPO, намеченных на этот год, потенциальное IPO SpaceX объёмом в 2 трлн долларов может войти в историю. Сегодня мы рады приветствовать Дэвида Шамиса, генерального директора Hyperliquid Strategies, который вновь является нашим гостем в Coinage. Дэвид, рад снова вас видеть.
Дэвид Шамис: Спасибо, мне приятно быть здесь.
Зак Гузман: Спасибо за приглашение. За последние несколько недель стало очевидно, что нарратив вокруг Hyperliquid уже отделился от множества других стандартных повествований на крипторынке. Вы вошли в эту сферу задолго до того, как многие осознали её значимость. Как вы оцениваете нынешний момент?
Дэвид Шамис: Мне это очень приятно. Как говорил Ханнибал из «Братьев по оружию»: «План начинает срабатывать». Посмотрите на 2026 год: в первые недели года динамика HYPE и других ключевых токенов была довольно схожей, а затем вы можете наблюдать настоящий прорыв. Он начался с серебра, затем — с нефти, а сейчас — с этих IPO.
Здесь два ключевых момента. Во-первых, перевод реальных активов на блокчейн действительно происходит в масштабах, которые уже нельзя игнорировать, и речь идёт не о пустых словах, а о реальных процессах, которые уже влияют на рынок. Когда Трамп в пятницу днём нанёс удар по Ирану, традиционные нефтяные рынки полностью закрылись — на 48 часов. В этот период Hyperliquid оставалась единственной площадкой, где можно было торговать нефтью. Это не фантастическая идея, а реальность, которую люди увидели и в которой начали торговать.
Первый вывод: то, о чём мы давно говорили, теперь происходит в реальном мире. Второй вывод: доходы Hyperliquid, объём открытых позиций и объём торгов тоже растут. Речь идёт не только о «великом будущем» (хотя я действительно верю в него), но и о текущих показателях, которые демонстрируют устойчивый рост. Если вы анализируете мультипликаторы стоимости и сравниваете объём торгов с 30-дневным и 7-дневным средними значениями, вы увидите, что цифры смещаются в пользу Hyperliquid. Именно это и движет рынок.
И напоследок — ещё один важный фактор: сделка, заключённая Hyperliquid с Coinbase и Circle по поводу USDC (стейблкоина в долларах, выпускаемого Circle). Эта сделка фактически мгновенно сместила всю кривую доходов вверх. Они заново договорились о сотрудничестве, связав USDH (стейблкоин экосистемы Hyperliquid) с USDC. Этот шаг был осуществлён практически мгновенно и оказал огромное влияние. Все эти события произошли в относительно короткий срок. Для традиционных финансов — это уже очень быстро; для криптомира — это просто «собачий год». Поэтому рост цены токена с примерно 38 долларов месяц назад до нынешних 63 долларов имеет вполне объяснимые причины.
Зак Гузман: Есть ещё один любопытный аспект. Помимо самой сделки со стейблкоинами, особенно с учётом отношений между Coinbase и USDC и их подходов к каналам дистрибуции, на более высоком уровне это отражает изменение баланса сил между DEX (децентрализованными биржами) и CEX (централизованными биржами). Сейчас создаётся ощущение, что эстафета уже передана. Крупнейшие биржи как в традиционных финансах, так и в криптомире начинают осознавать важность токенизации активов, однако на Hyperliquid всё уже происходит. Вы разделяете такую точку зрения? Вы действительно опережаете всех, а остальные только догоняют?
Дэвид Шамис: Да. Ваше замечание о DEX и централизованных биржах очень важно. Каждый день DEX становится всё более признанной и востребованной платформой. Но, с другой стороны, мы считаем, что путь вперёд ещё очень долгий.
Если спросить команду Trade.xyz, кто сегодня торгует на их платформе, ответ будет — пока не крупные американские институты и не такие компании, как Delta Airlines, хеджирующие свои нефтяные риски на Hyperliquid. Хотя они могли бы это делать — и, возможно, должны. Сегодня на Hyperliquid торгуют преимущественно розничные инвесторы, пользователи вне США и люди, глубоко погружённые в криптоиндустрию. Это говорит о том, что потенциал роста здесь просто колоссален. Мы каждый день делаем шаг вперёд, но путь ещё очень длинный.
Зак Гузман: Ещё один интересный момент: мы уже обсуждали Hyperliquid в рамках нашей рубрики «Главные криптопроекты года» в Coinage. С тех пор, как вы были у нас в последний раз, цена HYPE выросла более чем на 100 %. С точки зрения временных рамок ваша компания DAT (Digital Asset Treasury) тоже представляет особый интерес: вы начали действовать ещё до всплеска интереса к ETF на HYPE. Недавно вышли несколько новых продуктов, и их спрос довольно высок. Как вы оцениваете появление ETF? Что изменилось на институциональном фронте? Появились ли новые инвестиции? И сколько места ещё осталось для роста?
Дэвид Шамис: В целом мы приветствуем появление ETF. Чем больше людей говорят о Hyperliquid и чем больше каналов инвестирования появляется, тем лучше для всей экосистемы и для цены токена. Кто-то предпочитает ETF, а кто-то — DAT. Оба варианта имеют свои веские основания.
Например, преимущество ETF очевидно: вы входите и выходите по чистой стоимости активов (NAV), не беспокоясь о премии или дисконте к рыночной стоимости активов (mNAV). В то же время многие ETF не могут стейкать 100 % токенов — этому мешают многочисленные нормативные ограничения. Они также не могут реализовывать иные источники дохода. Недавно мы объявили о своём намерении стать валидатором в сети Hyperliquid — на самом деле, мы уже им являемся. Это приносит нам доход. Мы также рассматриваем возможность внедрения других источников дохода.
Я, конечно, представляю DAT, поэтому расскажу, почему нам нравится наша структура. Но рынок ценит выбор, и у разных участников могут быть разные предпочтения. В последний раз, когда я смотрел данные, наша доходность в этом году превысила доходность HYPE, хотя это может измениться — я не утверждаю, что так будет всегда. Рынок любит выбор, и люди сами выбирают наиболее подходящий для себя вариант.
Как трейдеры используют Hyperliquid для предварительного ценообразования до IPO
Зак Гузман: Раз уж речь зашла о выборе, это естественным образом приводит нас к вашим недавним постам в X о предварительных рынках до IPO и вашим предложениям к Илону Маску относительно IPO SpaceX. Здесь уже есть прецеденты. Вы также публиковали несколько графиков, которые мы покажем в эпизоде. Эти графики наглядно демонстрируют возможности, которые открывает Hyperliquid: инвесторы получают доступ к торговле некоторыми активами ещё до официального выхода акций на биржу.
Это действительно интересно, потому что у людей есть множество альтернативных путей. Например, они могут торговать в рамках SPV (специальных целевых фондов), пытаясь получить долю в этих акциях, но обычно за это приходится платить высокую премию. Давайте обсудим это подробнее. Почему вы так открыто призываете Илона Маска обратить внимание на происходящее на Hyperliquid?
Дэвид Шамис: Я уже несколько лет говорю, что мне не нравится современная процедура IPO. Я пришёл из мира частного капитала и смотрю на это глазами акционера компании, которая готовится к выходу на биржу. Однако, на мой взгляд, эта процедура невыгодна для продавца.
Все привыкли говорить о «взлёте» акций в первый день IPO. В одном из моих постов я прямо назвал эту концепцию абсурдной. На самом деле она означает, что деньги переходят от продавца к покупателю — просто так, бесплатно. Я не считаю, что миру нужен такой механизм.
Разумеется, я понимаю, почему это возникло. До появления двух последних IPO на Hyperliquid действительно было сложно точно определить спрос и предсказать цену этих активов. Инвестиционные банки по своей природе консервативны: они хотят гарантировать успех сделки и не допустить провала в день установления цены. Я полностью понимаю их мотивацию — я не критикую её.
Однако «взлёт» в первый день — это реальная передача денег от продавца к покупателю. Это имеет серьёзные последствия и действительно важно. Сегодня у нас уже есть реальные торговые объёмы. В последний раз, когда я смотрел, объём открытых позиций составлял около 50 млн долларов — возможно, цифра неточна.
Зак Гузман: Сейчас это выглядит примерно так. По моим оценкам, объём торгов за последние 24 часа составил около 10 млн долларов.
Дэвид Шамис: Относительно объёма открытых позиций это может показаться низким — в рабочие дни он выше. Главное, что здесь уже происходят реальные денежные потоки и существует реальный рынок. Возьмём IPO Cerebras (компании по производству чипов для ИИ, приведённой в качестве примера недавнего технологического IPO): Hyperliquid отлично предсказала, на каком уровне акции будут торговаться после выхода на биржу. Нет причин полагать, что с SpaceX будет иначе.
Этот график наглядно демонстрирует, что произошло с Cerebras. Внизу — 4 мая: указан первоначальный диапазон заявленных цен. Позже диапазон был повышен до 150–160 долларов. Зелёная линия показывает цену торговли на Hyperliquid. Вы заметите, что когда диапазон был повышен, инвесторы на Hyperliquid отреагировали слабо или почти не отреагировали — рынок уже предвосхитил это решение.
Когда IPO действительно состоялось, рынок почти проигнорировал установленную цену. Линия торговли на Hyperliquid осталась гладкой, с небольшим скачком — но не более того. Продавцы были вынуждены принять дисконт к цене на Hyperliquid примерно в 35 % — это реальные деньги.
Зак Гузман: Это действительно огромная сумма, оставленная «на столе». Конечно, IPO Cerebras будет значительно меньше по объёму, чем у SpaceX, и вызовет меньше общественного внимания — ведь у SpaceX есть суперзвезда в лице Илона Маска. Теперь посмотрим на график SpaceX. Сама возможность использования нетрадиционной биржи для реального ценообразования — это уже безумие.
Дэвид Шамис: Это потрясающе. Позволить реальным деньгам торговать этими активами в процессе IPO, когда уже известна дата выхода, и есть как покупатели, так и продавцы — вот в чём смысл рынка. Мы постоянно говорим о прогнозных рынках и о монетизации всего на свете. В этой ситуации утверждать, что до IPO невозможно достичь реального ценообразования или что оно бессмысленно, — явная абсурдность.
Я не знаком с Илоном и никогда его не встречал. Но он не похож на человека, который оставляет деньги «на столе». Не знаю, кому вообще это нравится, но ему — уж точно нет. Он прекрасно разбирается в криптовалютах и понимает, как работают эти рынки. Поэтому я опубликовал в последнее время два-три поста, призывая его обратить внимание на эти процессы. Я считаю, что это выгодно обеим сторонам.
На этом графике SpaceX показана текущая ситуация. Конечно, SpaceX пока не вышла на биржу, и мы не знаем, по какой цене её акции будут торговаться после IPO. Верхняя часть графика — это цена SpaceX на Hyperliquid, а серая область — обсуждаемый в рынке целевой диапазон IPO. Подход немного отличается от случая с Cerebras, но в целом это тот самый обсуждаемый диапазон. Вы видите, что цена на Hyperliquid уже пробила этот диапазон.
В то же время объём открытых позиций растёт, а волатильность торговли SpaceX на Hyperliquid снижается. Это именно то состояние, которого вы ждёте накануне установления цены. Если я правильно интерпретирую данные, то текущий диапазон IPO находится на 19–29 % ниже цены на Hyperliquid. Надеюсь, Илон и другие заинтересованные в правильной цене участники это заметят.
Влияние традиционных гигантов и регулирования
Зак Гузман: Это действительно интересно. По мере появления новых кейсов у нас будет больше точек данных. Но ваша главная мысль — это скорость, с которой всё происходит. Всего несколько месяцев назад речь шла о торговле сырьевыми товарами — нефтью, золотом — на Hyperliquid, а сегодня мы уже входим в предварительные рынки IPO.
Конечно, я должен отметить, что некоторые традиционные площадки, которые раньше зарабатывали на этих рынках — например, CME (Чикагская товарная биржа) или ICE (Международная валютно-товарная биржа), — уже отреагировали, как будто говорят: «Постойте, как это могло произойти там?». В то же время всё это происходит в условиях государственной политики, явно ориентированной на токенизацию активов. Что вы думаете о том, что будет дальше? Особенно — испытывают ли действующие гиганты страх из-за растущего интереса к Hyperliquid?
Дэвид Шамис: Я заметил комментарии CME и нашёл их весьма интересными. На сегодняшний день лично я не считаю, что Hyperliquid отбирает у CME значительные объёмы торгов. Как я уже говорил, профили инвесторов на Hyperliquid и на CME совершенно разные. Поэтому я рассматриваю это скорее как дополнительный объём — возможность для тех, кто интересуется этими активами и хочет торговать в режиме 24/7.
Вы можете сказать: «Дэвид, звучит неплохо, но CME не стала бы комментировать без причины». Я согласен. Они, безусловно, видят здесь потенциал и риск перехода клиентов в круглосуточные площадки. Поэтому их реакция не удивляет меня. Но ещё раз подчёркиваю: сегодня пользователи всё ещё разные. Я привёл в пример Delta Airlines: если бы мне кто-то привёл доказательства, что Delta Airlines торгует своими нефтяными рисками на Hyperliquid, я был бы в шоке. Я не хочу обвинять их конкретно — просто использую их как пример традиционной компании, которая действительно торгует соответствующими активами, но, скорее всего, пока не торгует на Hyperliquid.
Зак Гузман: Это утверждение справедливо. Продолжая эту мысль: у Hyperliquid теперь есть собственная политическая сила. Я не уверен, можно ли назвать это лоббистской группой, но в Вашингтоне уже работают эксперты по политике. Я вижу, что основатель Hyperliquid Джефф также активен в Вашингтоне. Многие крипто-профессионалы сейчас находятся там, ожидая принятия закона Clarity Act (законопроект о ясности регулирования цифровых активов в США). Как вы считаете, насколько важным станет принятие чётких регуляторных норм для таких проектов, как Hyperliquid?
Дэвид Шамис: Я считаю, что это будет чрезвычайно важно. Решение команды Hyperliquid создать в Вашингтоне Hyperliquid Policy Center (Центр политики Hyperliquid) не было случайным. Этим центром руководит Джейк Червинский (криптоюрист, активно участвовавший в обсуждениях цифровой политики в США), и он со своей командой прекрасно понимает эти вопросы.
Это говорит о том, насколько важны США в этих вопросах. США важны для регулирования, важны для формирования политики. Я считаю, что многие страны в мире будут смотреть на то, как поступают США. Поэтому нельзя просто сказать: «Мы и так торгуем почти повсюду, США нам не нужны». Во-первых, США — огромный рынок, и выход на крупнейший рынок крайне важен. Во-вторых, регулирование и политика США задают тон для многих стран мира.
Поэтому наличие представительства Hyperliquid в Вашингтоне крайне важно. Некоторые вопросы положительны для всей криптоиндустрии, но у Hyperliquid есть и собственные интересы, которые не совпадают полностью с интересами Coinbase, Binance или других игроков. У них должна быть своя команда, которая будет их представлять.
Как создавалась казначейская компания HYPE
Зак Гузман: Вернёмся к вашей роли генерального директора этой DAT. Я видел пост в X, где вас сравнивают с Майклом Сейлором (исполнительным председателем Strategy/MicroStrategy, который последовательно продвигал стратегию владения биткоином компанией) по доходности позиций в HYPE и биткоине. По сравнению с другими крипто-DAT, результаты Hyperliquid Strategies действительно впечатляют.
Дэвид Шамис: Этот график выглядит эффектно. Сразу скажу: я не считал эти цифры, и не уверен, как именно они были рассчитаны. Но даже если цифры не совсем точны, общее направление, скорее всего, верно.
Зак Гузман: Я как раз хотел уточнить этот момент. На другой стороне графика — Сейлор: на своих биткоин-позициях он, вероятно, заработал более миллиарда долларов. Поскольку вы здесь, я хотел бы услышать ваши цифры. Как вы строите эту DAT? Strategy сейчас решает множество задач, в том числе работает над погашением долгов и конвертируемых облигаций. Чем вы планируете отличаться? Сколько вы уже заработали? Отследить это действительно сложно.
Дэвид Шамис: Конкретной цифры у меня под рукой нет. Из памяти могу сказать, что средняя цена нашего портфеля HYPE составляет чуть больше 40 долларов.
Зак Гузман: Понятно.
Дэвид Шамис: В той сделке, которую мы заключили, примерно 62 % HYPE было внесено напрямую держателями по цене около 46 долларов. Позже, когда мы завершили сделку в декабре, цена HYPE была очень низкой. Поэтому у нас появилось хорошее окно для покупки по значительно более низким ценам. Я предполагаю, что средняя цена покупки после завершения сделки составила около 30–35 долларов. Это всё из памяти — графиков и точных цифр у меня нет, я просто даю общее представление.
В инвестициях есть одна важная, но не таинственная вещь: всё дело в моменте (timing). Прошлым летом мы были довольны сделкой по 46 долларов. Я не могу сказать, что предсказывал падение цен в декабре и январе или знал, что именно тогда нужно покупать массово. Но цены действительно упали — и это сыграло нам на руку. Иногда удача важнее мастерства.
Что касается Сейлора и MicroStrategy/Strategy — их компания гораздо крупнее нашей, это очевидно. У них также есть гораздо более крупный основной бизнес, и они использовали значительный леверидж. Возможно, те, кто внимательнее следит за ними, смогут объяснить это подробнее, но я всегда плохо понимал логику: как можно использовать заемные средства с выплатой процентов в долларах для покупки актива, который не приносит стейкинг-дохода и, следовательно, не генерирует денежных потоков?
Он говорит о «доходности биткоина» (Bitcoin yield), но я не всегда до конца понимаю этот термин. У нас же есть стейкинг-доход (staking yield). Мы стараемся извлечь из него каждую возможную копейку. Как валидаторы мы уже получаем доход, и будем рассматривать и другие источники дохода. При этом у нас нет долгов и привилегированных акций. Я не говорю, что их никогда не будет, но в ближайших планах их нет. Конечно, если бы мы привлекли долг три месяца назад, сегодня чувствовали бы себя умницами. Но у меня нет кристального шара, чтобы знать, когда это делать, а когда — нет.
Зак Гузман: Что касается Сейлора, мне кажется, что сейчас у него немного «шатается позиция», поскольку нарратив сместился с «я никогда не продам биткоин» на «я, возможно, продам биткоин», чтобы обеспечить гибкость в выплате дивидендов. А вы стоите ли в лагере тех, кто «никогда не продаст HYPE»?
Дэвид Шамис: Я точно не в этом лагере. Некоторые пользователи Twitter могут раскритиковать меня за это, но я — фанат корпоративных финансов, и я никогда не говорю «никогда». Моя первоочередная обязанность — отвечать перед акционерами PURR (биржевой тикер Hyperliquid Strategies).
Если однажды наш mNAV окажется очень низким — значительно ниже единицы — и наличные закончатся, мы, разумеется, продадим HYPE для обратного выкупа собственных акций. Это и будет нашим правильным решением в такой ситуации. Я очень позитивно настроен по отношению к HYPE и очень активен. Я считаю, что вероятность роста HYPE значительно выше, чем вероятность падения, но я не религиозный фанатик. Я не буду сидеть здесь и утверждать, что никогда не продам HYPE, потому что я вполне могу это сделать.
Пока мы этого не делали. В декабре и начале января, когда мы выкупали акции, у нас было ещё много наличных, поэтому мы использовали их. Сейчас у нас по-прежнему много наличных — на балансе более 100 млн долларов. Кто-то скажет, что это слишком много, кто-то — что слишком мало. Одна из наших ключевых задач — определить, какая именно цифра является оптимальной. Я не хочу продавать токены, но я ни в коем случае не скажу «никогда».
Перспективы роста HYPE
Зак Гузман: Мне кажется, важно сразу прояснить этот момент, иначе потом возникнет проблема смены нарратива — как это сейчас происходит с биткоином у Сейлора.
Есть ещё один интересный момент. На прошлой неделе мы беседовали с Шоном Фарреллом из Fundstrat. Чтобы влиять на рынок, как это сделал Сейлор с биткоином, требуется многолетнее накопление. Однако объём торгов HYPE по-прежнему значительно меньше объёма торгов биткоином, хотя эти цифры меняются. Артур Хейс (соучредитель BitMEX, CIO Maelstrom) ранее в Coinage высказывал аналогичную мысль: поскольку HYPE — актив с меньшим объёмом торгов, а сейчас к нему добавляются вы, ETF и предварительные IPO-рынки, множество факторов одновременно действуют на восходящем тренде цены. Какие настроения вы слышите от ранних пользователей и сторонников HYPE (OG)? Сохраняется ли у них энтузиазм по поводу роста?
Дэвид Шамис: Я скажу две вещи. Во-первых, беседовать с OG, конечно, интересно, и я познакомился со многими из них. Но они и есть OG — они уже давно держат HYPE. Возможно, они будут пополнять свои позиции, но главная цель — не усилить энтузиазм OG, а познакомить с Hyperliquid как можно больше людей, чтобы они сами провели расчёты и решили, хотят ли они стать инвесторами. Наша задача — привлечь новых участников в экосистему и объяснить, почему это не очередной странный мемкоин. Здесь происходят реальные процессы.
Во-вторых, я не эксперт по оценке биткоина и не берусь давать прогнозы по его курсу. Оценить биткоин так же сложно, как и золото — это в первую очередь макроэкономический актив, зависящий от спроса и предложения. Я считаю, что в долгосрочной перспективе он может расти, но не знаю, как это доказать.
HYPE — это актив, который можно понять через призму бизнес-логики. Конечно, он не идентичен акциям компании, но имеет сходство. Можно анализировать мультипликаторы доходности, прибыли, роста. Это ближе к тому, чем я занимался последние 30 лет в финансовой индустрии, и это легче понять многим людям. Многие не инвестируют в золото, но инвестируют в акции. Это не идеальное сравнение, но определённое сходство есть.
Зак Гузман: Сводя воедино нити этой беседы, я хочу спросить: сколько места ещё осталось? По мере приближения IPO SpaceX я не думаю, что объём торгов по этому имени останется на уровне 10 млн долларов, особенно если обсуждения уже начались, а до IPO остаётся всего несколько недель. Когда вы общаетесь с инвесторами, которые только начинают осознавать этот нарратив, какие цифры вы приводите, чтобы показать: «Мы прошли лишь небольшую часть пути»?
Дэвид Шамис: Я восхищаюсь тем, что Артур Хейс назвал целевую цену 150 долларов. Он также называл и другие цифры. Я надеюсь, что он прав, и что это произойдёт скоро. Но сам я не люблю называть конкретные цифры. Когда я общаюсь с инвесторами, я предпочитаю говорить о TAM (общем доступном рынке).
Для Hyperliquid TAM будет колоссальным. Если вы хотите быстро обрести оптимизм, достаточно взглянуть на эти цифры. Мы уже видим, как на блокчейн переводятся реальные активы: акции, нефть, золото, серебро, а теперь и несколько активов, ожидающих IPO, через Hyperliquid. Но это лишь верхушка айсберга всех рынков.
Во-первых, сегодняшние активы, покрываемые Hyperliquid, составляют лишь ничтожную долю всего рынка. Затем — HIP-4 (концепция рынков с фиксированной датой завершения и результатом торгов на Hyperliquid, предназначенная для прогнозных рынков, опционов и других контрактов с датой окончания). Прогнозные рынки уже появились на Hyperliquid, и стоимость торговли через Hyperliquid значительно ниже, чем на Kalshi (регулируемой в США платформе прогнозных рынков) или Polymarket (крипто-платформе прогнозных рынков). Это направление пока в самом начале своего развития.
Kalshi и Polymarket сейчас очень популярны, но по-настоящему захватывающий TAM HIP-4 — это не только прогнозные рынки, но и опционы. Ведь в отличие от акций, у опционов есть дата истечения, и именно на этом фокусируется HIP-4. Если вы хотите ещё больше вдохновиться — посмотрите на страхование. Я более 30 лет изучаю страховые компании в своей профессиональной деятельности. Страховой полис по своей сути похож на опцион и прогнозный рынок: у него есть дата окончания.
Например: будет ли ураган на Флориде с сегодняшнего дня до 30 июня? Если «да» — выплачивается X, если «нет» — Y. Логика предельно проста. Если вы хотите почувствовать волнение от этой возможности, TAM здесь просто гигантский.
Разумеется, я не утверждаю, что в ближайшие 12 месяцев все страховые рынки, опционы, акции и облигации будут торговаться исключительно на Hyperliquid и только там. Но здесь очевидно огромное пространство для роста. Если вы считаете, что в ближайшие 5, 10 или 20 лет большая часть финансовых активов будет переведена на блокчейн — и многие действительно так считают, — становится всё яснее, что Hyperliquid, возможно, не будет единственным каналом, но станет одним из самых важных.
Зак Гузман: Я спрашиваю о TAM и доле уже переведённых активов, потому что, когда я впервые услышал о HYPE, я воспринял его скорее как ставку на «лопаты и кирки» (picks and shovels play) — на инфраструктуру, а не просто как владение токеном ради владения токеном. Здесь протокол постепенно захватывает всё большую долю торговых объёмов.
Это также интересно и для нас. У Coinage есть собственный канал, а также распространение через Yahoo Finance, что позволяет видеть разрыв между крипто- и традиционными финансами и то, как он постепенно сокращается. Всё больше людей осознают, что они, по крайней мере, могут занять место за этим столом и участвовать в торговле этими «именами до IPO».
Почему компания остаётся лёгкой
Зак Гузман: Дэвид, вы, как и я, пришли из мира традиционных финансов, и теперь всё больше людей переходит в криптомир. Я беседовал со многими, кто запустил свои DAT, и многие говорят, что это не так уж и интересно, работа очень трудоёмкая, и нужно преодолеть множество регуляторных барьеров. Конечно, у большинства из них в портфеле активы, которые после листинга резко упали в цене, тогда как вы находитесь в совершенно другом лагере. Как генеральный директор Hyperliquid Strategies, что вы считаете самым интересным в общении с инвесторами и реализации этого проекта?
Дэвид Шамис: Когда цена токена растёт, всё действительно становится интереснее — это неоспоримо. В будущем обязательно наступит момент, когда я снова приду к вам на беседу и буду не так радостен, как сегодня, потому что рынок цикличен.
Другая причина, по которой мы сделали этот процесс более интересным и менее проблемным, — это сохранение компании максимально лёгкой. Сейчас Hyperliquid Strategies состоит всего из четырёх человек, включая меня. Количество сотрудников может увеличиться, но не быстро и не агрессивно.
Я считаю, что типичная ошибка при управлении любой компанией — особенно на ранних этапах — это, когда всё идёт хорошо и кажется, что так будет всегда, начать наращивать расходы, которые потом будет сложно сократить. Я не знаю, о ком именно идут речь те, кто в мире DAT говорит, что «это уже не так интересно», но увольнения — это не весело, сокращение базы расходов — не весело, когда инвесторы говорят, что вы не должны тратить столько в этом или том направлении — тоже не весело, и тревога совета директоров — тоже не весело. Поэтому мы приняли важнейшее решение — оставаться лёгкими.
Мы действительно много работаем. Особенно трое других сотрудников: Джерри, Бретт и Роб — они отвечают за COO, CFO и PR/IR соответственно. Эти люди работают очень усердно. К счастью, в 2026 году многие задачи можно автоматизировать с помощью ИИ. Но сохранять лёгкую структуру и контролировать базу расходов — чрезвычайно важно.
Присоединяйтесь к официальному сообществу TechFlow
Telegram:https://t.me/TechFlowDaily
X (Twitter):https://x.com/TechFlowPost
X (Twitter) EN:https://x.com/BlockFlow_News















