
Старший вице-президент GrayScale рассказывает: загадка «сброса» биткоина в 10 часов утра и механизм работы биржевых фондов (ETF) на криптовалютной основе
Подготовка и перевод: TechFlow
Гость: Криста Линч (старший вице-президент по рынкам капитала в Grayscale Investments)
Ведущая: Бонни
Оригинальное название: «Самый искусный «стригущий овец» на Уолл-стрит? Бывший высокопоставленный сотрудник BlackRock лично объясняет правду!»
Источник подкаста: Bonnie Blockchain
Дата выпуска: 25 мая 2026 г.
Редакционное вступление
«Сброс в 10 утра» для биткоин-ETF, аномальные движения на цепочке и перевод крупных хранителей («китов») в ETF — это не «заговор институтов», как полагают розничные инвесторы. Это новая рыночная структура, сформированная совместным действием механизмов расчёта чистой стоимости активов (NAV), заявок на создание/погашение (AP), хеджирования маркетмейкерами и физического создания/погашения.
В этом эпизоде мы приглашаем Кристу Линч, старшего вице-президента по рынкам капитала ETF в Grayscale Investments, которая подробно разбирает, как взаимодействуют первичный и вторичный рынки, поставщики ликвидности, авторизованные участники (AP) и депозитарии.
В ходе беседы Криста Линч даёт максимально конкретное определение термина «институционализация». Спреды покупки/продажи биткоин-ETF могут составлять всего 1 цент; премии и дисконты по некоторым ETF уже сократились до однозначных базисных пунктов (bps); токенизированные активы постепенно переходят от стейблкоинов и акций к более сложным RWA (реальным мировым активам); всё больше крупных хранителей начинают обменивать свои токены на доли ETF, чтобы получить преимущества в налоговом планировании, планировании наследства, использовании в качестве обеспечения по маржинальной торговле и залога.
Ключевые цитаты
Механизмы ETF и «сброс в 10 утра»
- «Когда вы видите вход или выход биткоина или других токенов из наших кошельков на блокчейне, многие предполагают, что Grayscale сама активно покупает или продаёт. На самом деле мы просто реагируем на потребности конечных инвесторов, выполняя заявки на создание/погашение ETF и расчёты.»
- «ETF уже стали барометром этого класса активов: они перестали быть лишь инструментами спекулятивных инвестиций и теперь также используются институтами для инвестиций и хеджирования.»
- «Короткая позиция по биткоин-ETF вовсе не означает, что вы считаете будущее биткоина безнадёжным — она лишь выражает вашу инвестиционную точку зрения через биткоин-ETF.»
- «До преобразования GBTC в ETF у него отсутствовал первичный рынок, поэтому маркетмейкеры не могли поддерживать цену долей вблизи NAV, и премии или дисконты достигали 10% или даже 20% — явление, практически невероятное для ETF.»
Авторизованные участники, маркетмейкеры и мнимое «неравенство» для розничных инвесторов
- «Функция авторизованного участника (AP) скорее административная: истинными двигателями механизма создания и погашения являются маркетмейкеры ETF.»
- «Конечные инвесторы на самом деле получают выгоду от этой эффективности: когда вы или я покупаем биткоин-ETF, спред покупки/продажи обычно составляет всего 1 цент — это почти минимально возможный уровень, соответствующий однозначным базисным пунктам.»
- «Потоки средств в ETF и из него, как правило, совпадают по направлению с динамикой цен, но я не скажу, что один из них является опережающим индикатором другого. Если уж говорить точно, то потоки средств в ETF скорее представляют собой запаздывающую реакцию на изменения цен.»
Токенизация и слияние TradFi и DeFi
- «Главная тема моих последних бесед — уже не рост цен, а строительство инфраструктуры. Это свидетельствует о зрелости отрасли.»
- «Я рассматриваю стейблкоины как токенизированные наличные деньги — это сфера, где банки и другие традиционные финансовые учреждения смогут первыми закрепиться, а затем перейдут к токенизации базовых активов, таких как акции США.»
- «В наиболее передовом мире мы, возможно, получим глобальную валюту, но я не считаю, что это произойдёт скоро: у центральных банков есть веские основания контролировать и защищать собственные валютные системы.»
Стейкинг эфириума, доходность и ликвидность
- «Дифференцирующей особенностью продуктов на основе эфириума является реализация стейкинга: такие продукты действительно генерируют доход и передают его инвесторам, предоставляя им ценность, полученную от стейкинга.»
- «Самая сложная задача при реализации стейкинга в рамках ETF — не получение дохода, а сохранение ликвидности: после стейкинга актив становится неподвижным, однако фонд обязан немедленно исполнять заявки на погашение.»
- «Мы используем математические модели для динамического расчёта доли активов, которые должны оставаться нетокенизированными, и согласовываем с поставщиками ликвидности отсроченные расчёты, чтобы инвесторы не ощущали никаких задержек на переднем плане.»
Крупные хранители, следующие ETF и институционализация
- «Нас удивило, насколько охотно крупные хранители готовы переводить свои токены в доли ETF: такой перевод часто открывает доступ к функциям американских брокерских счетов — налоговое и наследственное планирование, использование в качестве маржи и залога.»
- «Сейчас мы уже не на этапе «если регуляторы разрешат, мы сделаем». Нам необходимо более выборочно решать, какие активы действительно заслуживают выхода на рынок в виде ETF.»
- «HYPE и BNB — два протокола, на которые я сейчас обращаю внимание.»
- «Биткоин становится всё более институционализированным. Возможно, в некоторых аспектах он теряет свою «остроту», но это означает, что данный класс активов созревает и привлекает новых инвесторов, которые раньше наблюдали со стороны.»
Вступление: начнём с «сброса в 10 утра»
Бонни (ведущая): Добро пожаловать в программу. Сегодня мы обсуждаем с Кристой Линч, старшим вице-президентом по рынкам капитала ETF в Grayscale Investments (компания по управлению криптоактивами), будущее институционального принятия и токенизации. Криста, добро пожаловать в программу, очень приятно с вами встретиться.
Криста Линч: Большое спасибо за приглашение.
Бонни: Я с нетерпением жду этой беседы. Начнём с упомянутого ранее «сброса в 10 утра». На рынке ходят слухи, что примерно в 10 утра ежедневно происходит продажа биткоина на 2–3%, после чего розничные инвесторы покупают. Предполагается, что это связано с авторизованными участниками (AP) и эмитентами ETF. Как вы это комментируете?
Криста Линч: Я знаю, что в Twitter или X распространено множество подобных теорий. Не могу утверждать, что мне известны все факторы, влияющие на это явление, но несколько ключевых моментов связаны со временем расчёта чистой стоимости активов (NAV) и другими важными моментами ценообразования финансовых инструментов. Например, стоимость некоторых фьючерсов на биткоин и другие цифровые активы фиксируется в определённое время — если я правильно помню, это происходит в лондонское время, что соответствует примерно 10–11 часам здесь, и это совпадает с указанным вами временным интервалом.
Ещё один важный момент — 16:00 по восточному времени в США: именно тогда рассчитывается NAV этих продуктов, поэтому в промежутке с 15:00 до 16:00 наблюдается заметный рост торговой активности. Мы часто вынуждены разъяснять различные рыночные теории, особенно относительно продуктов Grayscale. Люди видят, как токены входят или покидают наши кошельки, и предполагают, что мы сами покупаем или продаём. Но на самом деле мы часто лишь осуществляем расчёты. Вероятно, «сброс в 10 утра» — аналогичное явление. Эти временные точки важны для определения стоимости и провоцируют массовую торговлю, но не обязательно имеют какой-либо более глубокий смысл.
Бонни: Также обсуждаются данные о денежных потоках в ETF. Розничные инвесторы видят приток или отток средств в спотовые биткоин-ETF и делают выводы: «институты покупают» или «институты продают». Однако существует множество способов хеджирования. Можете ли вы это объяснить?
Криста Линч: Да, действительно. Когда происходят расчёты по нашим биткоин-ETF или другим ETF на цифровые активы, вы можете увидеть на блокчейне вход или выход биткоина или других токенов в наши кошельки. Многие предполагают, что Grayscale самостоятельно принимает решения о покупке или продаже, но на самом деле мы действуем исключительно по запросам конечных инвесторов. После того как инвесторы покупают доли, этот спрос передаётся AP, который может инициировать создание или погашение.
При создании или погашении моя команда покупает или продаёт биткоин в количестве, соответствующем числу создаваемых или погашаемых долей. Мы не управляем фондом активно и не выражаем собственных прогнозов по направлению движения цены — всё определяется рыночным спросом.
Вы упомянули хеджирование — это тоже важно. По мере того как ETF становятся финансовым инструментом, своего рода «барометром» данного класса активов, они перестают быть лишь инструментами спекулятивных инвестиций и всё чаще используются институтами для инвестиций и хеджирования. Вы можете открыть длинную или короткую позицию. Короткая позиция не обязательно означает, что вы считаете будущее биткоина безнадёжным — она лишь выражает вашу инвестиционную точку зрения через биткоин-ETF.
Дисконты и премии GBTC, первичный и вторичный рынки
Бонни: Когда я только начала освещать эту сферу, спотовые биткоин-ETF ещё не существовали, а GBTC (Grayscale Bitcoin Trust, доверительный фонд Grayscale на биткоин, позднее преобразованный в спотовый биткоин-ETF) был эталоном институционального принятия секьюритизированных продуктов. Тогда люди часто использовали дисконт или премию GBTC относительно NAV как показатель рыночных настроений. Прежде чем обсуждать настроения, можете ли вы объяснить, почему возникают премии и дисконты?
Криста Линч: Конечно. ETF торгуются одновременно на двух рынках. Такие инвесторы, как вы и я, покупают и продают доли ETF на вторичном рынке (secondary market) через брокерские счета в Fidelity, Schwab и т.д. Однако ETF также торгуются на институциональном первичном рынке (primary market). На первичном рынке авторизованные участники напрямую сотрудничают с маркетмейкерами ETF для создания новых долей или изъятия существующих долей с рынка.
Когда цена на вторичном рынке не равна NAV (цене на первичном рынке), возникают премии или дисконты. Обычно AP, или точнее, маркетмейкеры ETF, работающие с AP, поддерживают цену долей на вторичном рынке вблизи NAV.
Однако до преобразования GBTC в ETF у него отсутствовал первичный рынок. Поэтому маркетмейкеры ETF могли работать только с одной стороной рынка и не могли поддерживать цену долей вблизи NAV. Почему рынок так внимательно следил за этим дисконтом или премией? Потому что он фактически превратился в индикатор рыночных настроений относительно вероятности нашего выигрыша в суде и последующего преобразования GBTC в ETF. Рынок знал: как только GBTC станет ETF, механизм будет работать как задумано, и цена долей вернётся к NAV. При появлении важных новостей дисконт или премия резко сокращались или увеличивались — рынок таким образом интерпретировал информацию о вероятности одобрения ETF.
Бонни: Но тогда рынок биткоина уже был достаточно ликвидным. Почему арбитражёры не устраняли дисконт или премию постоянно?
Криста Линч: Сейчас они это делают. Если посмотреть на современные биткоин-ETF, премии и дисконты обычно составляют лишь однозначные базисные пункты (bps) — очень малую величину. Однако до того, как GBTC получил возможность перехода на биржу или преобразования в ETF, дисконт или премия могли достигать 10–20%, что практически немыслимо для ETF. Причина в том, что арбитражёры не имели доступа к первичному рынку и могли торговать только на вторичном. Когда на рынке возникает избыток долей, а механизм их сокращения отсутствует, цена отклоняется.
Централизованные биржи, поставщики ликвидности и процесс создания ETF
Бонни: Какую роль играют централизованные биржи (CEX, centralized exchange) в этой системе?
Криста Линч: Они являются крайне важным каналом торговли. Как я уже упоминала, получив заявку на создание или погашение, нам необходимо купить или продать биткоин. Для Grayscale мы заключаем двусторонние сделки с рядом торговых организаций. Однако некоторые эмитенты полагаются на биржи как на дополнительный источник ликвидности.
В конечном итоге мы называем эти организации поставщиками ликвидности (liquidity providers). Торговые компании, с которыми мы работаем, также включены в эту экосистему. Таким образом, независимо от того, торгуете ли вы напрямую с поставщиком ликвидности или получаете ликвидность через биржу, вся система взаимосвязана. Поставщики ликвидности могут получать токены с биржи или предлагать собственную ликвидность на бирже — всё это формирует чрезвычайно узкие ценовые диапазоны, доступные ETF.
Бонни: Можете ли вы пошагово объяснить, что происходит «за кулисами», когда я покупаю одну долю спотового биткоин-ETF?
Криста Линч: Это мой любимый вопрос — и именно этим я занимаюсь большую часть своего рабочего времени. Вы и другие инвесторы покупаете биткоин-ETF. Когда накапливается достаточный спрос, маркетмейкер ETF, который предоставляет вам эти доли, может оказаться в короткой позиции — то есть он продал вам доли, но у него их может не быть в наличии. Чтобы покрыть эту позицию, ему нужно создать новые доли.
Для этого он сотрудничает с AP. AP — это организация, имеющая специальную лицензию и право напрямую взаимодействовать с такими эмитентами, как Grayscale. Маркетмейкер ETF объединяет свои проданные доли в пакет и обращается к AP с просьбой связаться с Grayscale: «Мне нужны новые доли для покрытия уже открытой короткой позиции.»
Моя команда уточняет количество необходимых долей, переводит его в соответствующее количество биткоина и покупает этот биткоин на рынке, чтобы обеспечить создание долей. После завершения расчётов маркетмейкер ETF получает доли через AP, а вы уже давно получили свои доли. Всё это происходит «за кулисами». Конечной точкой жизненного цикла является передача долей AP маркетмейкеру ETF, который покрывает свою короткую позицию. Такие процессы создания и погашения происходят ежедневно.
Бонни: Этот процесс занимает целый день?
Криста Линч: Расчёт обычно занимает около одного дня, но сама сделка проходит очень быстро — за 5–10 минут. Именно так и задумано. Мы не хотим, чтобы рынок сильно двигался во время получения AP котировок, а в условиях высокой ликвидности одна новость может вызвать значительную волатильность. Поэтому мы стремимся к максимально быстрому завершению торгового процесса.
Бонни: Уточню ещё раз. Ранее обсуждалось, что некоторые AP одновременно выступают и поставщиками ликвидности.
Криста Линч: Это правда.
Точнее, AP технически является американским брокером-дилером (broker-dealer). Многие ошибочно полагают, что AP — это «скрытая рука», принимающая решения о создании или погашении, но на самом деле это скорее административная функция. Истинным «мозгом» являются маркетмейкеры ETF.
В крупных компаниях, где работают маркетмейкеры ETF, часто существуют также криптотрейдинговые подразделения. Поэтому мы часто наблюдаем, как маркетмейкеры ETF отправляют заказы через AP, а когда я выхожу на рынок для покупки биткоина, именно их крипто-трейдинговое подразделение выигрывает эту сделку. Это намеренный дизайн маркетмейкеров ETF, позволяющий минимизировать риски. Если вы хеджируете сделку и у вас есть доли ETF, вам также нужен экспозиционный риск по биткоину, и победа в биткоин-сделке помогает объединить эти риски.
Бонни: Но вы понимаете, почему розничные инвесторы считают это немного «несправедливым»? Им кажется, что вы — «умные деньги», а им с вами не справиться.
Криста Линч: Я понимаю это чувство, но возражаю: конечные инвесторы на самом деле получают выгоду от этого, поскольку им доступны чрезвычайно узкие спреды. Когда вы или я покупаем биткоин-ETF, спред покупки/продажи (bid-ask spread) обычно составляет всего 1 цент — это практически минимально возможный уровень, соответствующий однозначным базисным пунктам.
Такие цены возможны благодаря эффективности маркетмейкеров ETF. Вы и я не можем войти на первичный рынок, и именно отсюда, вероятно, и берут начало многие теории. Однако в конечном итоге мы получаем выгоду: AP вынуждены совершать огромные сделки, а мы, скорее всего, не будем торговать в таком масштабе, но сможем воспользоваться их преимуществами в виде чрезвычайно узких спредов. Это экосистема, в которой все заинтересованы в достижении наилучших результатов. Теории имеют свои источники, но я надеюсь, что сумела их разъяснить.
Падение цен и рост токенизации
Бонни: Исследование Grayscale Research показало, что в шести крипто-секторах — включая DeFi, ETF и др. — в первом и втором кварталах наблюдалась отрицательная доходность. В то же время объём токенизации вырос на 245%. Как вы объясняете эту противоположную динамику?
Криста Линч: Главная тема моих последних бесед — это уже не рост цен, а строительство инфраструктуры. Это отражает зрелость отрасли. Мы больше не обсуждаем, вырастет ли тот или иной токен в цене в 10 раз в ближайшие недели или месяцы, а говорим о том, какую реальную инфраструктуру мы создаём на блокчейне.
На мой взгляд, именно это определяет, что можно будет построить в будущем. Мы говорим о том, как банки могут использовать стейблкоины, о токенизации активов, позволяющей торговать ими 24/7, и о переносе принципов инвестирования в цифровые активы в американский традиционный рынок. Поэтому, даже если цены на некоторых этапах снижаются, за кулисами происходит огромное количество прогресса, и отрасль действительно воплощает дух технологии блокчейн.
Бонни: Шесть крипто-секторов, исследованных Grayscale Research, включают валюты, платформы смарт-контрактов, финансы, потребительские товары, искусственный интеллект и вспомогательные услуги. Какие из них, по вашему мнению, обладают наибольшим потенциалом роста в оставшейся части года?
Криста Линч: Я более «нейтральна» по отношению к конкретным токенам, чем многие. Лично я считаю, что выбрать правильный токен или сектор чрезвычайно сложно. Поэтому я предпочитаю индексные продукты (index products), которые объединяют несколько активов. У нас есть продукт, охватывающий пять крупнейших токенов по капитализации, за исключением мем-токенов и стейблкоинов. Мы подсчитали, что он позволяет захватить около 90% доходности всего крипторынка.
Некоторые предпочитают выбирать конкретные токены или сектора, но я так не поступаю даже при покупке акций. Я покупаю индекс S&P 500. Для меня этот продукт — аналог S&P 500 в криптоиндустрии, и именно так я осуществляю свои инвестиции.
«Токенизация всего» по Ларри Финку и вопрос глобальной валюты
Бонни: Позвольте попросить вас прокомментировать заявления вашего бывшего руководителя Ларри Финка (генерального директора BlackRock), касающиеся токенизации. Он сказал, что мы только начинаем раннюю стадию токенизации всех активов — от недвижимости и акций до облигаций. BlackRock ставит цель токенизировать активы на сумму 10 трлн долларов. В более широком смысле: почему нам нужна «токенизация всех активов», о которой говорит Финк?
Криста Линч: Я не против его точки зрения, особенно в части утверждения о том, что мы находимся на очень ранней стадии (very early innings). Здесь, особенно на этой конференции, повторяющейся темой является слияние TradFi (традиционных финансов) и DeFi (децентрализованных финансов). На конференции Consensus (организуемой CoinDesk) мы приходим в костюмах — раньше я и представить себе не могла, что такое случится.
На мой взгляд, токенизация — это продолжение этой тенденции. Как мы уже упоминали, я рассматриваю стейблкоины как токенизированные наличные деньги. Я считаю, что это будет та сфера, где банки и другие традиционные финансовые учреждения смогут первыми закрепиться, а затем перейдут к токенизации базовых активов, таких как акции США.
Здесь вы получаете преимущества, присущие цифровым активам: торговля 24/7, мгновенные расчёты и упомянутая ранее возможность инвестирования без границ. Если я нахожусь в другой стране, но хочу купить акцию американской компании, токенизация действительно сделает это возможным.
Конечно, кто-то скажет, что это не так уж и ново и не так далеко зашло. Вы упомянули недвижимость — это будет совершенно иное применение. Я считаю, что токенизация таких активов, как недвижимость, войдёт в массовое использование и станет приоритетной областью токенизации только через много лет. Однако я действительно верю, что мы придём к этому — шаг за шагом. Мы начнём с наличных, затем перейдём к акциям и, наконец, к более сложным базовым активам.
Бонни: Государства иногда защищают движение национальной валюты и капитала. Как токенизация повлияет на это?
Криста Линч: Вчера вечером я обсуждала этот вопрос с представителем компании, работающей в сфере платежей. Я считаю, что токенизация в некоторых аспектах может угрожать существующим национальным системам. Вы уже видите, что в токенизированных продуктах существуют правила о том, «кто может инвестировать в что». Даже в США мы не всегда можем инвестировать во все токенизированные представления американских акций.
Я полагаю, что государства установят защитные механизмы, чтобы сохранить определённую централизацию своих валютных систем. Однако можно сказать и так: биткоин уже частично разрушил эти барьеры, поскольку он сам по себе является глобальной валютой. Поэтому нам нужны регуляторы, которые чётко определят, что можно и что нельзя создавать в разных регионах, — это даст участникам рынка уверенность в развитии.
Бонни: Позвольте уточнить ещё раз. Что изменится, если мы оглянемся назад через 20 лет?
Криста Линч: Честно говоря, это будет зависеть от геополитики. Что примут и что разрешат страны? В наиболее передовом мире у нас будет глобальная валюта, но я не считаю, что это произойдёт скоро. У центральных банков есть реальные причины контролировать и защищать свои валютные системы, поэтому я не верю, что страны скоро примут широкое использование любой единой валюты.
Однако я действительно считаю, что мы увидим рост торговли валютами (FX trading), связанных с этими активами. На самом деле, мы уже в некоторых случаях наблюдаем различные валютные пары, например, Bitcoin/USD и Bitcoin/другие валюты. Я могу представить, как в будущем сформируется более глобализированная валютная система, а для конвертации с теми странами, которые сохранят собственные валютные системы, возникнет ещё больший спрос на валютные операции.
RWA, токенизация акций и вопрос «кто владеет активом»
Бонни: Вернёмся к токенизированным реальным активам (tokenized real assets). Многие проекты RWA (Real World Assets, реальные мировые активы) обещают розничным инвесторам, что они сохранят право собственности на актив. Например, мне нравится музыка, и скрипка Страдивари была токенизирована: многие люди владеют её токенизированными долями и имеют право голоса в вопросах её использования и исполнения.
Как это отражается на акциях? Как работает право собственности в акциях? Предположим, создана компания Christa Lynch Co, выпущено 100 акций. Бонни владеет всеми 100 акциями, значит, она — крупнейший акционер. Теперь каждая акция разделена на 100 токенизированных долей, и я владею этими долями. Так кто же владеет вашей компанией?
Криста Линч: Здесь много общего с ETF — и именно этим я и занимаюсь. Ключевой вопрос — это права собственности (ownership rights) и права голоса (voting rights). Аналогичные вопросы возникают и с ETF: если я владею долями ETF, который содержит 500 акций из индекса S&P 500, могу ли я голосовать по управленческим решениям одной из этих акций? Это проблема, схожая с токенизированными акциями.
Другой вопрос: в токенизированном представлении (tokenized representation) вы действительно владеете базовыми акциями или лишь IOU (распиской/долговым обязательством)? Именно это сейчас требует регулирования: кто чем владеет и какие права имеет.
Мы можем обратиться к различиям между американскими ETF и некоторыми европейскими ETN (Exchange-Traded Note, биржевые долговые обязательства) или ETP (Exchange-Traded Product, биржевые торговые продукты). В некоторых европейских продуктах вы владеете акциями или правами на эмитента, а не самими базовыми активами. Я изучаю, как традиционные активы решают подобные вопросы в других регионах. Мы тратим много времени на анализ аналогий из традиционных финансов, чтобы определить, как должны развиваться цифровые активы.
Поэтому меня не удивит, если в будущем потребуется больше круглых столов (roundtable) и экспертных мнений (thought leadership), чтобы изучить реальные кейсы и помочь отрасли найти путь вперёд и сформировать чёткие правила по этим вопросам.
Бонни: Какова ваша личная точка зрения? Как, по вашему мнению, это должно быть устроено?
Криста Линч: Отличный вопрос. Я пока не уделила этому достаточно внимания, чтобы сформировать чёткую позицию, поскольку это тесно связано с механизмом продукта. Если вы владеете напрямую на цепочке (direct on-chain), у вас, вероятно, больше оснований для принятия решений и свободы действий.
Но если используется другая система, например, акции по-прежнему хранятся у крупных финансовых институтов, а вы владеете лишь IOU, это больше похоже на описанный выше ETF-модель. Для административных целей институт, ответственный за токенизацию и выдачу вам IOU, должен, вероятно, сохранить больше свободы действий.
TSMC, ADR и отклонения в ценообразовании «обёрток»
Бонни: Задам ещё один небольшой вопрос. TSMC (Taiwan Semiconductor Manufacturing Company, Тайваньская компания по производству полупроводников) — одна из крупнейших компаний Тайваня, её акции также торгуются в США под тикером TSM. Если я владею TSM, означает ли это, что я владею частью этой компании? Как это работает?
Криста Линч: Это зависит от того, как акции попали на американский рынок. Одна из распространённых структур — ADR (American Depositary Receipt, американское депозитарное расписка), которую часто используют для вывода американских акций на зарубежные рынки или для вывода зарубежных акций на американский рынок. Конкретный механизм зависит от структуры продукта: мне нужно изучить проспект эмиссии или другие документы. Я предполагаю, что вы, возможно, не владеете базовыми акциями напрямую, но и это не исключено. «Дьявол кроется в деталях».
Это ещё один пример «обёртки» (wrapper). ETF — это обёртка, токен — это обёртка, ADR — тоже обёртка. Мы изучаем все эти структуры, как они функционируют сегодня в американской и зарубежной финансовой системе и как мы можем их цифровизировать. На рынке уже есть подобные примеры для изучения.
Бонни: Эти «обёртки» отслеживают базовый актив? Иногда они торгуются по-разному: например, ADR в США вырос на 15%, а местные акции на Тайване — лишь на 10%. Мне хотелось бы понять это, поскольку я владею обоими.
Криста Линч: Если «обёртка» работает так, как задумано, она должна быть привязана к базовому активу в соотношении 1:1. Это снова возвращает нас к примеру с GBTC. Премии и дисконты возникают, потому что механизм не работает должным образом: он не может войти на первичный рынок, и поэтому происходит расхождение цен.
Что касается вашего примера, то различия, вероятно, связаны с разницей во времени работы рынков: некоторые азиатские страны также имеют длительные праздничные периоды. Я предполагаю, что такие расхождения чаще всего возникают в периоды, когда местный рынок закрыт. Американский рынок становится для инвесторов инструментом продолжения выражения своей точки зрения, даже когда азиатский рынок не работает.
Низкотарифные продукты Grayscale, продукты на ETH и доход от стейкинга
Бонни: По состоянию на 1 апреля спотовые биткоин-ETF в США зафиксировали чистый отток средств в размере 173,7 млн долларов. Однако низкотарифный биткоин-ETF Grayscale привлёк приток в размере 10,25 млн долларов. Как Grayscale добилась такого результата в противовес общему тренду?
Криста Линч: Мы с большим удовольствием наблюдали этот феномен и провели много исследований. Мы считаем, что, будучи одним из самых дешёвых инструментов на рынке, наш продукт привлекает более «клейких» (sticky) инвесторов. Многие инвесторы не стремятся к быстрому входу и выходу, чтобы выразить краткосрочный приток или отток, а по-настоящему верят в этот класс активов и хотят держать его долго.
Поэтому они менее чувствительны к краткосрочным новостям и остаются в продукте. Даже когда конкуренты фиксируют отток, мы часто видим, что наши инвесторы продолжают оставаться в нашем продукте.
Бонни: Отличается ли портрет ваших инвесторов?
Криста Линч: Возможно. Наши инвесторы больше похожи на тех, кто держит активы долго, верит в цифровые активы и биткоин, а не на инвесторов, меняющих позицию в зависимости от риска (risk-on/risk-off). Последние могут просто хотеть сделать краткосрочный прогноз и «поймать» цену в ближайшие 5 минут, открыв соответствующую позицию. Такие потоки средств могут быть чрезвычайно волатильными и не обязательно относятся к долгосрочным инвесторам; низкий размер комиссии привлекает тех, кто хочет держать активы долго.
Бонни: В первом квартале спотовые эфириум-ETF зафиксировали отток средств в размере 769 млн долларов — худший результат за три месяца с момента запуска. Однако продукты Grayscale на ETH (ETHE) или ETH, несмотря на высокую комиссию в 2,5%, привлекли средства. Что это говорит о спросе со стороны институтов?
Криста Линч: Один из дифференцирующих факторов наших продуктов на эфириуме — реализация стейкинга. То есть наши продукты на эфириуме действительно генерируют доход (yield) и предоставляют его инвесторам через стейкинг. Для тех, кто не знаком со стейкингом, это, по сути, вложение активов в работу протокола с получением вознаграждения в виде того же актива за вклад в его безопасность и стабильность.
Самая сложная задача — решение проблемы ликвидности. В состоянии стейкинга актив становится неподвижным. Если фонду необходимо выполнить заявку на погашение — то есть продать эфириум, чтобы предоставить наличные AP, — я не могу постоянно использовать уже стейкнутые активы. Поэтому мы должны создать чрезвычайно надёжную систему, чтобы рассчитать, сколько ликвидности необходимо оставить в фонде, сколько активов можно стейкнуть, и постоянно это отслеживать.
Мы представили эту модель Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC) для демонстрации. Подготовка заняла много времени, и внедрение состоялось лишь в конце октября прошлого года. Однако именно это и является отличительной особенностью наших продуктов. Один из наших ETH-продуктов действительно выплачивает распределение (distribution) в наличных деньгах, которые получают инвесторы; другой ETH-продукт реинвестирует вознаграждения, обеспечивая их накопление. Возможно, именно поэтому инвесторы остались в наших продуктах даже в период оттока средств.
Бонни: Что касается доходности: сейчас на Уолл-стрит обсуждается, могут ли банки принимать стейблкоины для выплаты дохода. Могут ли Grayscale или её коллеги разработать стейблкоин-дериватив, включающий «родной доход» (native yield)? Это было бы очень привлекательно для инвесторов.
Криста Линч: Мы уже предоставляем доход инвесторам через стратегии покрытых колл-опционов (covered call strategies). Мы используем стратегии наложения опционов (options overlay) для генерации дохода на позициях по биткоину и эфириуму. Кроме того, помимо предложения стейкинга в форме ETF на нескольких протоколах, мы можем использовать эти синтетические продукты с опционным наложением для генерации дохода для инвесторов.
Бонни: Последний связанный вопрос: какие токены из списка наблюдения Grayscale могут получить «обёртку» ETF в этом году?
Криста Линч: Вы имеете в виду «обёртку» ETF. У нас сейчас несколько активных заявок (active filings). Я не буду вдаваться в подробности, но HYPE (токен экосистемы Hyperliquid) и BNB (токен экосистемы Binance) — два протокола, на которые я сейчас обращаю внимание.
Как Grayscale выбирает следующие активы для ETF
Бонни: Как вы решаете, какой актив выбрать?
Криста Линч: Раньше этот вопрос в основном решался регуляторами. Сначала стал доступен биткоин, затем эфириум. Позже количество заявок, поданных эмитентами в SEC, резко возросло: SEC пришлось обрабатывать огромное количество документов — я помню, что их было около 90. В результате SEC разработала общие стандарты листинга (generic listing standards), которые помогают эмитентам понять, соответствует ли тот или иной токен квалификации для ETP (биржевого торгового продукта).
Сейчас эти стандарты охватывают примерно 15 токенов, и этот список продолжает расти. Это ставит нас перед выбором: теперь нам необходимо быть более избирательными. Раньше подход был «разрешено — значит, делаем», но сейчас мы должны добавлять больше суждений и более тщательно решать, какие активы стоит выводить на рынок в виде ETF.
Сейчас мы предлагаем ETF-продукты на 8 токенов, и вскоре добавим ещё несколько. Отвечая на ваш вопрос, у нас есть исследовательская команда, которая проводит глубокую проверку (diligence) протоколов, встречается с их командами и годами изучает каждый протокол. Они формируют инвестиционную тезисную позицию (investment thesis), выстраивают отношения и глубоко понимают, что собой представляет каждый протокол. Помимо вопроса «можно ли это сделать с регуляторной точки зрения», они также оценивают, «стоит ли это делать». Мы тесно сотрудничаем с исследовательской командой, формируя инвестиционную позицию и продвигая конкретные протоколы.
Бонни: Вы упомянули BNB и HYPE. У HYPE нет венчурных капиталистов (VC) — это будет для вас фактором? BNB также довольно децентрализован. Будете ли вы менее склонны выбирать токены с концентрацией у «китов»?
Криста Линч: Не обязательно. Вопрос о «китах» для ETF чрезвычайно интересен. Недавно мы столкнулись с неожиданным явлением: «киты» всё охотнее переводят свои токены в ETF. Мы изначально предполагали, что для «крипто-нативных» участников переход в американскую финансовую систему через ETF может показаться непривлекательным.
Однако ETF привлекателен именно потому, что, переведя токены в доли (shares), вы получаете преимущества в налоговом планировании (tax planning), планировании наследства (estate planning) и других функциях, доступных в американских брокерских счетах. Обычно вы также можете использовать доли в качестве маржи (margin) и залога (collateral), что тоже весьма привлекательно. Поэтому мы действительно наблюдаем, что «киты» хотят ETF, поскольку могут разместить в них свои токены и получить эти преимущества.
Бонни: Можете ли вы конкретно объяснить, как это работает? Предположим, я — «кит» какого-то токена и обращаюсь к вам с просьбой перевести его в ETF.
Криста Линч: В общих чертах — да. Конечно, за кулисами много шагов, но моя команда действительно напрямую сотрудничает с «китами». Мы контактируем с партнёрами-AP или другими третьими посредниками, чтобы помочь им в физическом создании (in-kind creation), помещая токены в продукт.
Ранее мы говорили о процессах создания и погашения за наличные. Прошлым летом SEC разрешила физическое создание и погашение (in-kind creation/redemption), что действительно открыло двери для таких инвесторов. Теперь моя команда больше не обязана выходить на рынок для торговли — она координирует всех необходимых третьих сторон, чтобы перевести токены из кошелька «кита» в наш траст (trust) и выдать ему соответствующие доли.
Бонни: Для тех, кто не понимает этого, раньше, если вы хотели купить долю спотового ETF, вам приходилось покупать её на рынке; теперь вы можете просто передать мне свой токен.
Криста Линч: Совершенно верно.
Bonnie Blockchain: Вы сказали, что это изменение произошло в прошлом году?
Криста Линч: Да. Теперь вы фактически входите на первичный рынок. Ранее мы упоминали первичный и вторичный рынки. Из-за требований к AP первичный рынок практически никогда не открывается для розничных инвесторов. Однако у нас есть очень умные AP, которые открыли двери для розничных инвесторов, чтобы те могли сотрудничать с ними и реализовать это.
Потоки средств в ETF, корреляция с ценой и лимит предложения биткоина
Бонни: У спотовых биткоин-ETF уже есть двухлетняя история. Наблюдаете ли вы корреляцию между потоками средств в ETF и последующей динамикой цен? Другими словами, потоки средств в ETF или из него происходят раньше, или сначала продаётся базовый актив?
Криста Линч: Отличный вопрос, и мы исследовали его в контексте модели стейкинга. Нам нужно было объяснить SEC, может ли резкое изменение цены, особенно для высоко волатильных активов, вызвать хаос при погашении.
Наши выводы показывают, что корреляция, конечно, существует, но она не означает, что один показатель является индикатором другого. ETF — это чрезвычайно эффективный инструмент для быстрого выражения взглядов на риски, поэтому вы можете увидеть резкий приток сегодня и такой же резкий отток завтра — это связано с высокой эффективностью самого инструмента.
Обычно при росте цен вы видите спрос на создание (creation demand), а при падении цен — спрос на погашение (redemption demand). Таким образом, направление, как правило, совпадает, но я не скажу, что один из них является опережающим индикатором другого. Если уж говорить точно, скорее цена движется первой, а ETF реагирует с запаздыванием, но нельзя утверждать, что появление одного явления обязательно вызовет другое.
Бонни: Если всё больше биткоина будут покупать компании-хранилища (treasury companies), это исказит процесс создания и погашения ETF? Не снизится ли ликвидность, доступная для этого механизма?
Криста Линч: Нам часто задают этот вопрос, особенно потому, что общий лимит предложения биткоина составляет 21 млн монет. Кто-то говорит: «Ужас, мы исчерпаем весь биткоин!» Но с точки зрения базовых законов спроса и предложения это лишь повысит цену биткоина и не помешает процессу создания и погашения.
Это означает лишь, что стоимость покупки биткоина может стать выше, но это проявится в виде более высокой цены биткоина, а NAV будет соответственно корректироваться. Я не считаю, что фактические затраты на исполнение станут выше.
Токенизация реальных активов: ценообразование, сертификация и сроки
Бонни: Вернёмся к токенизации. В прошлом году мы обсуждали вопрос: как гарантировать, что токен действительно представляет 1% объекта недвижимости? Необходимо ли, чтобы какая-то страна официально подтвердила это?
Криста Линч: Я считаю, что это одна из неопределённостей, которые необходимо устранить до успеха. Необходимы регуляторные нормы, правила или руководства, определяющие порядок оценки стоимости. Однако эта задача не сильно отличается от аналогичных проблем в традиционных финансах. Там, где существует неопределённость в цене, например, в индексах, обычно существует чрезвычайно чёткий набор правил, определяющих «водопад ценообразования» (pricing waterfall), то есть приоритетность источников цен.
В некоторых случаях вы даже можете оспорить цену. Например, вы обычно используете индекс Bloomberg для ценообразования, но сегодня вы не согласны с этой ценой, поскольку она отличается от последней сделки на определённый процент. Такие вопросы попадают в механизм урегулирования споров, и мы действительно видим, как традиционные системы работают по замыслу.
Здесь будут возникать трения, но они могут быть здоровыми. Я считаю, что токенизация должна двигаться в том же направлении. Должен существовать некий «золотой источник истины» (golden source of truth) или комитет, способный достичь консенсуса. Этот вопрос будет развиваться дальше, но он является необходимым условием успеха токенизации. Повторяю: шаг за шагом — от наличных к акциям и, наконец, к реальным мировым активам.
Bonnie Blockchain: Есть ли ориентировочные сроки?
Криста Линч: Реальные мировые активы займут ещё много лет. Что касается наличных, мы уже видим их использование через стейблкоины. Я предполагаю, что многие банки уже используют стейблкоины «за кулисами», даже если не заявляют об этом публично.
Что касается акций, ряд американских институтов — NYSE (Нью-Йоркская фондовая биржа), Nasdaq (Насдак) и DTC (Depository Trust Company, Американская депозитарная компания) — уже объявили о соответствующих проектах. Я ожидаю прогресса в ближайшие месяцы — это уже на горизонте. Однако насколько далеко это зайдёт, потребуется ещё несколько лет строительства.
Может ли Федеральный резерв США покупать биткоин-ETF?
Бонни: У Федерального резерва США есть опыт покупки ETF, особенно в чрезвычайные периоды, такие как пандемия COVID-19, главным образом в сегменте корпоративных облигаций. Считаете ли вы возможным, что в будущем какой-нибудь состав Федерального резерва может купить биткоин-ETF в периоды рыночного стресса?
Криста Линч: Я считаю это возможным. Не стоит утверждать, что что-либо абсолютно невозможно. Однако, на мой взгляд, им всё ещё нужно больше времени, чтобы освоиться с этим классом активов.
Бонни: Сколько времени считается достаточным для освоения?
Криста Линч: Я считаю, что потребуется ещё некоторое время. Однако вы уже видите, как пенсионные фонды (pension funds) и благотворительные фонды (endowments) начинают это делать — это первый сигнал. Биткоин становится всё более институционализированным.
В Grayscale мы встречаем много людей, которые только начинают свой «крипто-путь» (crypto journey) и новички в этой сфере. Но здесь мы естественным образом считаем, что каждый должен владеть этим, и каждый уже владеет этим. На самом деле инвесторы находятся на очень длинном непрерывном спектре. Однако я действительно верю, что в конечном итоге это станет обязательным элементом каждого инвестиционного портфеля.
Стал ли биткоин менее «возбуждающим» из-за институционализации?
Бонни: Стал ли биткоин всё более институционализированным и, следовательно, менее захватывающим?
Криста Линч: Я не люблю говорить, что он стал менее захватывающим, но он действительно становится всё более институционализированным. Сегодня, оглядываясь на конференцию Consensus, вы видите больше традиционных банков и больше людей в костюмах.
Сам этот факт тоже захватывающ, потому что он говорит о зрелости этого класса активов. В конечном итоге это привлечёт больше инвесторов и откроет двери для тех, кто раньше наблюдал со стороны. ETF играют здесь огромную роль: многие не знают, как создать кошелёк, многие институты не имеют инфраструктуры для управления кошельками и не хотят специально её создавать.
Поэтому, хотя в некоторых аспектах он может стать менее захватывающим, с точки зрения роста уровня принятия и институционализации я считаю это чрезвычайно захватывающим.
Бонни: Как вы относитесь к прогнозам «OG» биткоина о том, что он достигнет 1 миллиона долларов или других чрезмерно высоких цен?
Криста Линч: Я надеюсь, что они правы. Я действительно считаю, что существуют рыночные силы спроса и предложения, которые могут сделать это реальностью. Конечно, 1 миллион долларов — это очень высокая цена, и, по моему мнению, потребуется время, чтобы её достичь.
Но если посмотреть на лимит предложения в 21 млн монет, на компании-хранилища цифровых активов (DATs) и ETF, которые покупают биткоин, и на то, как ETF привлекают новых инвесторов в эту сферу, — всё это положительные факторы, способствующие росту цены.
Бонни: Мне кажется, чтобы снова сделать это захватывающим, нужно институционализировать мем-токены. Там, вон, огромный стенд Pepe и лягушки. Может, стоит посотрудничать?
Криста Линч: Я это заметила.
Разные будущие биткоина и эфириума
Бонни: Каким будет будущее биткоина и эфириума (ETH) в этом году? Куда, по вашему мнению, они направятся к концу года?
Криста Линч: На мой взгляд, биткоин представляет собой «все вышеперечисленное» (all of the above) — он символизирует блокчейн, биткоин и другие цифровые активы. Мы работаем со многими людьми, только начинающими своё путешествие в мир цифровых активов: они только начинают узнавать биткоин, поэтому он привлекает их в первую очередь. Они слышали о биткоине, но пока не готовы углубляться в «спектр токенов» (token spectrum).
Поэтому я считаю биткоин чрезвычайно привлекательным, поскольку многие инвесторы выбирают его как первый шаг в этот мир. Эфириум волнует меня по другой причине. Я считаю, что большая часть ценности заключена в построении на основе смарт-контрактов.
Если мы сможем улучшить процессы с помощью технологии блокчейн, кодифицировать некоторые фоновые функции — например, процессы в сфере облигаций с фиксированным доходом, — чтобы сделать их более эффективными, это будет чрезвычайно захватывающе. Поэтому я считаю, что у биткоина и эфириума — очень светлое будущее, просто по разным причинам.
Объяснение ETH-ETF со стейкингом для обычных людей
Бонни: Давайте поговорим об эфириуме. Ранее вы упомянули ETF со стейкингом (staked ETF). Можете ли вы объяснить, как он работает, как вы стейкаете ETH и как получаете доход, как если бы объясняли моей маме?
Криста Линч: Мы сотрудничаем с внешними валидаторами (validators). Проще говоря, валидатор — это участник, которому вы передаёте токены, чтобы помочь сделать весь протокол более безопасным и надёжным. Строго говоря, «стейкинг» — не самый точный термин, но для упрощения можно сказать, что вы передаёте активы для обслуживания всей экосистемы.
Когда активы используются для стейкинга, они блокируются и теряют ликвидность. Именно это и является главной трудностью при реализации стейкинга в высоколиквидном продукте. Вы передаёте активы для обеспечения безопасности экосистемы и в качестве вознаграждения получаете тот же актив. В случае эфириума вы получаете дополнительный ETH на свой кошелёк.
Как мы обрабатываем эти вознаграждения? Для одного из наших ETH-продуктов мы «монетизируем» вознаграждения — продаём их и получаем наличные, которые выплачиваем инвесторам. Для другого ETH-продукта мы реинвестируем полученный ETH, обеспечивая его накопление и сложный процент со временем.
Что касается ликвидности, мы используем глубокое математическое моделирование для определения доли активов, которые должны оставаться нетокенизированными, и динамически корректируем её в зависимости от рыночных условий. Кроме того, мы реализовали отсроченные расчёты (delayed settlement) с некоторыми поставщиками ликвидности: они могут предоставить нам наличные на условиях T+1 (через один рабочий день после сделки), а мы расплачиваемся с ними, когда токены становятся доступными. Конечно, они берут небольшой спред, но это делает продукт более эффективным и позволяет нам получать доход. Общая экономическая выгода в конечном итоге выгодна инвесторам.
Бонни: То есть можно сказать, что если все захотят выйти из этого ETF, вы всё равно будете в безопасности?
Криста Линч: Да. Мы оставляем часть активов фонда нетокенизированными, чтобы они были немедленно ликвидными. Для дополнительных потребностей в ликвидности мы сотрудничаем с поставщиками ликвидности, которые предоставляют наличные в рамках обычного бизнес-процесса. Таким образом, как инвестор, вы не ощущаете никаких задержек на переднем плане — это всё решается «за кулисами».
Почему розничным инвесторам тоже следует обращать внимание на ETF
Бонни: Мой последний вопрос: очевидно, что ваши продукты привлекательны для институтов. Но как бы вы убедили розничных инвесторов обратить внимание на ETH-продукты или другие биткоин-продукты?
Криста Линч: Позже сегодня мы проведём мероприятие под названием Crypto Connect, ориентированное на инвестиционных консультантов (advisers) и конечных клиентов (end clients). Наши BTC- и ETH-продукты обычно являются ключевыми объектами внимания. Это недорогой способ входа в биткоин и эфириум.
Если сравнить издержки на покупку спотовых токенов на бирже, они могут значительно превышать спреды и управленческие сборы (management fees) этих ETF. Например, в некоторых случаях комиссии за покупку и продажу токенов на бирже могут достигать 1,5%; в то время как спреды при торговле ETF составляют всего 1 цент. У них также очень низкие управленческие сборы — это, безусловно, привлекательная особенность.
Бонни: Это также способ получить доступ к ETH со стейкингом без необходимости самостоятельно заниматься стейкингом.
Криста Линч: Совершенно верно. Я считаю это очень привлекательным. Я не буду лично заниматься стейкингом своего небольшого количества ETH, но Grayscale может сделать это за инвесторов и передать им доход.
Квантовые вычисления, ИИ и риски для сервис-провайдеров
Бонни: Я также хотел бы узнать, как вы проводите due diligence (проверку), оценивая влияние квантовых компьютеров (quantum computer) на биткоин и способность ИИ нарушить работу смарт-контрактов?
Криста Линч: Это одна из тем, о которых часто говорят на коктейльных вечеринках во время конференции. Я слышал противоречивые мнения. Некоторые считают, что это самая большая угроза для биткоина; другие говорят, что это уже происходит — ИИ уже работает, и у нас уже есть соответствующие модели.
Я считаю, что это действительно требует повышенного внимания. Я пока не сформировал чёткого мнения о том, «разрушит ли это биткоин». Однако я надеюсь, что отрасль будет опережать риски. Это то, на что нам необходимо постоянно обращать внимание и что требует постоянного мониторинга.
Бонни: Как внутренне решается этот вопрос в вашей компании? Какие дискуссии проходят внутри?
Криста Линч: Мы, безусловно, отслеживаем это. Мы также очень внимательно следим за тем, как это влияет на сервис-провайдеров (service providers). Мы смотрим не только на прямое воздействие на нашу команду, но и на то, как это влияет на депозитариев, AP и других сервис-провайдеров. Например, могут ли они стать жертвой хакерской атаки (hack). Поэтому мы изучаем не только себя, но и все точки взаимодействия.
Биржа Тайбэя, зарубежные рынки и стимулы для инноваций
Бонни: Ранее вы упомянули свой диалог о бирже Тайбэя (Taipei, Taiwan exchange). Что это было?
Криста Линч: Это было для меня чрезвычайно интересно. Я участвовала в круглом столе (roundtable), организованном Bloomberg, который помогает американским эмитентам понять стимулы для вывода продуктов на зарубежные рынки. Один из стимулов связан с положением об инновациях (innovation clause).
Криста Линч: Похоже, рынок проявляет спрос на наши продукты с покрытыми колл-опционами (covered call products). Конечно, я не уверен, что именно цифровые активы с покрытыми колл-опционами — это то направление, которое правительство хочет поддержать, но сигналы, поощряющие инновации, звучат очень чётко, и я считаю, что это может быть направлением, в котором мы сможем продвинуться дальше.
Бонни: Хорошо, Криста, на сегодня, пожалуй, всё.
Криста Линч: Спасибо за ваше время и за приглашение. Вопросы были очень проницательными.
Присоединяйтесь к официальному сообществу TechFlow
Telegram:https://t.me/TechFlowDaily
X (Twitter):https://x.com/TechFlowPost
X (Twitter) EN:https://x.com/BlockFlow_News















