Две стороны медали криптоэкономики: «бесполезная спекуляция» и «практичные инновации» сосуществуют

Автор: Райан Уоткинс, соучредитель Syncracy Capital и бывший аналитик Messari

Перевод: Yangz, Techub News

Критики часто используют повсеместный финансовый нигилизм в криптоэкономике как причину, по которой эта экономическая система в конечном итоге рухнет под тяжестью своего чрезмерного развития. Однако beneath спекулятивной деятельности, питающей этот скептицизм, мы также видим emerging «победителей», которые со временем продолжают расти. В этой статье мы исследуем противоречие между «бесполезностью» и «практичностью» криптоэкономики и поясним, что на самом деле это две стороны одной монеты.

«Это было лучшее время, это было худшее время; это был мудрый год, это был невежественный год; это было время полной уверенности, это было время полных сомнений; это был сезон, освещенный солнцем, это был сезон, покрытый тьмой; это была полная надежды весна, это была отчаянная зима; у нас было всё, у нас ничего не было; мы все поднимались прямо на небеса, мы все спускались прямо в ад». —— «Повесть о двух городах», Чарльз · Диккенс

Критики часто используют повсеместный финансовый нигилизм в криптоэкономике как доказательство её徒劳无益。Несмотря на то, что Биткоин существует уже 16 лет, а Эфириум — 9 лет, все еще мало mainstream случаев использования, которые доказывают её неоспоримую практичность.

Каждый раз, когда мы слышим истории о пользователях на развивающихся рынках, защищающих свои сбережения от местной инфляции с помощью стейблкоинов, кажется, что всегда есть больше пользователей на развитых рынках, вкладывающих свои накопления в азартные игры с различными мемкоинами.

Стейблкоины — это освобождение и разрушение; блокчейн — великий уравнитель и огромный разрушитель; криптоэкономика — это будущее глобальной финансовой системы и величайшая коллективная иллюзия в истории человечества.

Эти противоположные взгляды раскрывают высокий риск: эта технология может как изменить мир, так и рухнуть из-за своей чрезмерной радикальности. Для многих это противоречие вызывает скептицизм, заставляя задуматься «что все это вообще значит?», а также ставит под сомнение, имеет ли смысл иметь долгосрочную фундаментальную точку зрения на активы в криптоэкономике, кроме Биткоина.

Однако это противоречие между «бесполезностью» и «практичностью» является не缺陷, а特征, оно демонстрирует growing pains революционного потенциала блокчейна.

Демократизация богатства в цифровую эпоху

В мире, где неравенство между странами растет, технология блокчейн имеет потенциал принести демократизацию богатства миллиардам людей. Чтобы понять это, нужно сначала осознать концепцию «блокчейн как новый тип института», которая позволяет пользователям совершать транзакции и исполнять договорные отношения без посредников. Блокчейн достигает этого через наднациональную систему прав собственности, которая защищена криптографией и позволяет любому进行验证。Это тонкий, но мощный инструмент для создания равных экономических условий.

Блокчейн работает в облаке, его единственное физическое присутствие — это тысячи компьютеров, распределенных по всему миру, целостность сети поддерживается этими компьютерами совместно. Эти компьютеры совместно создают интернет-нативную инфраструктуру для рынка, что является лучшим механизмом для достижения необходимой для эффективного распределения ресурсов «совершенной информации» на сегодняшний день.

Индекс прав собственности; Источник данных: The Global Economy, Международный валютный фонд

Новаторская статья Рональда Коуза 1937 года «Природа фирмы» (The Nature of the Firm) лучше всего иллюстрирует значение этого изменения. Коуз утверждал, что фирмы существуют потому, что затраты на поиск информации, переговоры по соглашениям и исполнение контрактов на рынке превышают эффективность аутсорсинга.

Блокчейн фундаментально меняет эту ситуацию. Благодаря автоматическому исполнению через криптографию, блокчейн делает информацию общедоступной и снижает зависимость от посредников, значительно уменьшая транзакционные издержки, особенно в сочетании с вспомогательными технологиями интернет-эпохи, такими как поисковые системы и платформы «гиг-экономики» (gig economy). По мере снижения транзакционных издержек потребность в крупных иерархических компаниях ослабевает, что прокладывает путь для глобальной рыночной структуры на основе блокчейна. Такая структура может максимально повысить экономическое производство, улучшить эффективность рынка и заложить основу для совершенно новых рынков.

Крупнейший ончейн-«бизнес» 2024 года по доходам и потреблению Gas; Источник данных: DeFiLlama, Artemis, Top Ledger

Криптоэкономика уже продемонстрировала эти преимущества. Стейблкоины способствуют экономическому росту и финансовой инклюзии, предоставляя глобальным пользователям дешевую и надёжную валюту; глобальные биржи и кредитные платформы создают более эффективные рынки и обеспечивают демократизацию доступа к рынкам капитала; DePIN создает совершенно новые рынки, позволяя пользователям координировать различные физические и цифровые ресурсы и монетизировать их. Все эти варианты использования обладают чрезвычайно высокой операционной эффективностью и маржой, подобной программному обеспечению, при этом блокчейн автоматически обрабатывает большую часть backend инфраструктуры и расчетных операций. Крупные финансовые учреждения и корпорации постепенно осознают этот потенциал, многие из них либо запускают продукты непосредственно на блокчейне, либо интегрируют проекты на основе блокчейна в качестве backend-инфраструктуры для существующих продуктов.

Так почему же некоторые люди все еще скептически относятся к криптоэкономике?

Суперпозиция полезности и бесполезности

Создание децентрализованной инфраструктуры для транзакций и исполнения контрактов неизбежно вызывает неограниченные эксперименты. Поскольку потенциальная пользовательская база блокчейна охватывает миллиарды интернет-пользователей по всему миру, импульс этих экспериментов также чрезвычайно мощен. Даже лидеры стран мира выпускают свои собственные валюты. Соблазн возможностей приводит к быстрому распространению новых активов и финансовых протоколов, среди которых есть как трансформационные инновации, так и откровенные мошенничества.

Хотя эти попытки могут показаться легкомысленными, они мало чем отличаются от ситуации во временем пузыря доткомов. Тогда многие компании выходили на биржу, имея лишь доменное имя. По сравнению с этим, криптоэкономика усиливает эту динамику до максимума, предоставляя любому человеку рынок капитала масштаба интернета. Это предоставляет беспрецедентную сцену для инноваций и спекуляций, в конечном итоге ускоряя темпы открытия и внедрения. В конце концов, прежде чем будущая стоимость в триллионы долларов войдет в сферу блокчейна, спекуляции привлекут новых пользователей и обеспечат столь необходимое стресс-тестирование системы.

«Победители» появляются и закрепляют долю рынка; Источник данных: DeFiLlama, Artemis, Token Terminal

Однако среди всех спекуляций некоторые «победители» уже начали выделяться. Многие проекты продвигают спекулятивную деятельность на рынках капитала, которая занимает заголовки новостей и обеспечивает сложный рост за кулисами. Эти «победители» являются редкими «compounder», они закрепляют долю рынка, расширяют свои возможности и со временем все больше обслуживают неспекулятивные варианты использования. Эти проекты в конечном итоге станут опорой для созревания и масштабирования криптоэкономики в глобальном масштабе.

Пересекутся ли параллельные дороги?

В обозримом будущем Syncracy считает, что лучший способ изложить фундаментальный тезис криптоэкономики — найти активы, которые являются одновременно устойчивыми и способны улавливать внутренний спекулятивный импульс рынков капитала интернета. Это не какая-то эзотерическая концепция, потому что на практике это просто означает принятие быстрорастущих проектов, которыми люди фактически пользуются. На данный момент это также означает делать ставку на объем транзакций, например, напрямую монетизировать спекулятивную деятельность в цепочке через эмитентов активов или рыночные платформы (например, биржи), или инвестировать в их базовую инфраструктуру, такую как L1. Эти L1 не только монетизируют спекулятивную деятельность, но и предоставляют гибкие рамки оценки, поскольку они обычно оцениваются как активы, подобные валюте.

Фактически, ставка на спекуляции через инфраструктуру (быстрорастущие проекты, которыми люди фактически пользуются) была общей чертой многих крупнейших победителей в этом цикле. Solana предоставляет первоклассную производительность, делая опыт транзакций в цепочке похожим на традиционные розничные торговые платформы (например, Robinhood); Phantom создал удобный для пользователя опыт, подобный Apple, с особым акцентом на мобильные приложения, позволяя пользователям спекулировать в любое время и в любом месте беспрецедентным образом; Pump.fun сокращает затраты, усилия и ресурсы, необходимые для запуска новых токенов; Hyperliquid дает ончейн-трейдерам ощущение использования централизованной биржи, но с меньшими затратами, порогом входа и ограничениями; Virtuals и ai16z (Eliza) позволяют любому запускать агентов искусственного интеллекта с соответствующими токенами и кошельками; боты Telegram и инструменты обнаружения токенов (например, Photon и DexScreener) проливают свет на ончейн-экономику и делают её легко доступной из знакомых приложений. Таких примеров множество.

Криптоэкономика растет сложными темпами; Источник данных: DeFiLlama, Artemis

В конечном итоге мы выйдем за рамки этой модели, полагающейся на спекулятивные проекты для привлечения сверхвысокого внимания и трафика, особенно после того, как больше институциональных инвесторов войдут в этот класс активов. Тем временем в DeFi и DePIN есть много проектов с низкими спекуляциями, но перспективных, которые неуклонно растут вдоль «склона просвещения» (четвертая стадия цикла хайпа Gartner: преимущества технологии начинают постепенно проявляться и получать более широкое понимание). Эти проекты уже показали ранние признаки соответствия продукта рынку и улучшения фундаментальных показателей. Хотя этим активам может потребоваться время для роста оценки, им также остро нужны четкие регуляторные рамки для продвижения их в мейнстрим. Несмотря на то, что некоторые сектора (например, стейблкоины) уже указали отрасли путь вперед и уверенно вошли в стадию развертывания жизненного цикла, учитывая нынешнюю столь сложную деятельность криптоэкономики, наблюдатели все еще могут найти много контрпримеров для интерпретации в соответствии со своими предубеждениями.

Тем не менее, с инвестиционной точки зрения, наша текущая цель — воспитывать долгосрочных участников и грамотно использовать двойственность криптоэкономики, одновременно используя спекулятивную энергию для продвижения финансовых изменений и все больше обслуживая практические, неспекулятивные варианты использования. Такие активы могут со временем приносить сложный доход, вместо того чтобы陷入 водоворот «игры ротации», как другие активы в криптоэкономике, управляемые больше нарративами. Эти активы в конечном итоге возглавят переход мира в ончейн, потому что прежде чем активность стоимостью в триллионы долларов войдет в сферу блокчейна в ближайшие несколько лет, спекулятивная деятельность, которую они продвигают, привлечет новых пользователей и обеспечит столь необходимое стресс-тестирование.

Фактически, бесполезность и полезность — это две стороны одной монеты.